Ох, знали бы вы с каким настроением я собиралась в эту дорогу. Хотя, если вы когда-нибудь собирались в любую дальнюю поездку то, наверное, вам знакома та нервозность и суета что царит в квартире на кануне поездки. Я вот, например, каждый раз собираясь на курорт паникую так словно не вернусь назад если что-нибудь забуду или вернусь, но уже на руины собственного жилья. Обязательно случится пожар, наводнение, атаки террористов и прочие катаклизмы стоит мне только покинуть родной город на пару недель. А дорога — это вообще отдельная пытка для меня, один аэропорт чего стоит или того страшнее поезд дальнего следования. Квест начинается с того что нужно добраться до аэропорта по пробкам вовремя, психовать из-за задержек вылета, пройти все таможенные кордоны и отстоять все положенные очереди, занять место в транспорте подальше от сортира. Затем вытерпеть навязчивого соседа, которому приспичило поговорить с тобой о своей жизни. Если честно одного воспоминания о сборах и самой дороге подчас было достаточно что бы отбить у мена всякое желание куда-то ехать. Вот откуда растут ноги у мечты людей о сказочных телепортах. Что бы хлоп и без проблем уже на другом конце света. А тут у меня что, многодневная верховая поездочка, практически экстрим тур по неизвестным местам в компании кучи студентов.
Короче, я три часа в пути, пасмурно, дурацкий шерстяной плащ мне не нравится тем более что он почти не спасает от противной влаги, в нём одно достоинство его выдали бесплатно. Я трясусь верхом на пятнистой кобыле и совсем не выспалась, разумеется. Вокруг меня сплошняком лошади, адепты и все вокруг толкаются, галдят, ржут, жуют и орут. Пылища, вонища, а местному народу хоть бы хны возбуждены все не по-детски и кажется счастливы до соплей — спрашивается это со мной что-то не то или с ними? Парни уже успели раздобыть какую-то выпивку и употребляют оную втихаря. Точнее пытаются втихаря, но громкое шипение некоторых выдаёт их с головой:
— Осторожнее не пролей.
— Я и так осторожно, сам попробуй разливать на ходу.
— Говорил же я вам мужики что по фляжкам разливать нужно, а не бурдюкам.
— Во фляжки много не влезет. И вообще доедем до трактира там и перельём.
Ох чувствую, я запомню эту поездку на долго. Вокруг меня носится радостная до невменяемости Куколка, комментируя всё что видит вокруг, я поражаюсь откуда такой энтузиазм у этого человека, я вот практически уверена, что к тому моменту, когда мы доберёмся до места нашей практики, я буду уже в невменяемом состоянии. Я ещё помню своё путешествие год назад из Милара в Фавель, а ведь тогда я в карете ехала, а сейчас верхом скачу можно сказать своим ходом практически. Одно радует скучать мне на этот раз не дадут точно и это пугает меня ещё больше если честно.
К вечеру я выбилась из сил. Привалов в пути не предполагалось. Мы двигались в умеренном темпе прогулочным шагом, но лошадь по любому не относится к комфортным видам транспорта. Адепты перекусывали прямо на ходу в седле. Я тоже есть хотела, но не могла из-за нагрузки в области живота, боялась опозорится. Добравшись до какого-то населённого пункта, практически свалилась со спины своего скакуна. Ноги меня держать оказались на отрез и болели, спина нещадно ныла, ковыля от конюшни в трактир как гусар из-под которого враги спёрли лошадь в процессе скачки, ещё и вещь-мешок на себе волокла. Слышала, как кто-то противно хихикал мне в спину, пока я из последних сил, цепляясь за заборчик и стеночку ногтями ползла в чёртову харчевню, но мне уже было всё вокруг фиолетово лишь бы добраться до кровати и рухнуть туда навсегда. В своём упорном стремление к вожделенной цели я опередили многих других таких же, как и я горе наездников, некоторые из которых без лишних стеснений ползли прямо на карачках в том же направлении что и я.
До комнаты мне добраться не дали, у дверей меня перехватил Клаас и бесцеремонно под локоток и талию потащил к столу, я вяло трепыхалась и грозилась всех тут порешить если меня немедленно не положат хоть куда-нибудь. Придурок обидно ржал надо мной и в конце концов уронил на длинную лавку у такого же длинного деревянного стола. Голова моя плюхнулась на тощие колени Куколки, а всё остальное туловище расплылось на лавке. Друзья были неприлично бодры и до обидного веселы, и это в то время, когда я уж почти что труп.
За длинным столом разумеется обнаружились ещё наши адепты из числа тех, кто привык к верховой езде ещё с детства и все как один принялись мне сочувствовать, но делали это как-то уж больно обидно:
— Это ещё что, вот через пару дней ноги так болеть будут что стоять не сможешь вообще. Придётся тебя на ручках носить. За хорошую плату готов взять на себя эту не лёгкую ношу. Буга-га!
— Нет, чего там через пару дней. Зад завтра огнём гореть будет как от порки. Сесть нельзя будет! Ха-ха-ха!
— Ага! Ха-ха-ха!
— Хи-хи-хи!
