Рассказ "Дневник написанный кем-то" рассекается на несколько отдельных историй разных людей повязанных одной общей причиной. Данное произведение наполнено большим количеством неувязок и противоречий вытекающих из мыслей главного героя по имени Андрей. С самого детства Андрей подвергался тяготам его судьбы. Будучи юношей он видит различные введения и фрагменты из прошлого, узнавая свою темную сторону. Ввязываясь в очередную передрягу он попадет на фронт, где окончательно раскрывает свою сущность, сталкиваясь с расколом собственного сознания и осознанием правды.
Славный смрад пахучего парфюма окатил комнату, залитую до потолка лучами утреннего солнца. В ранний час уже при по параде в дверях стоял широкоплечий молодой человек в чёрном классическом костюме. Он пристрельно смотрел на койку, стоящую справа от него и не говорил не слова. В его лице вписывалось негодование и чувство тревоги.
«Ну что же ты Маршалс» — послышался заспанный голос молодого человека с пружиной металлической койки опоясанной ссохшимися трусами и носками.
«Я же сказал в десять» опять с негодованием отозвался голос с койки
Молодой человек в дверях по-прежнему стоял неподвижно и смотрел на кровать и окружающий ее хаос.
Этот принудительный взгляд должен был заставить паренька встать с кровати и соизволить собираться. Но молодой человек, не дождавшись ответа закутался с головой в одеяло и послал своего наблюдателя в зад.
Разъяренный парень окатил обидчика кулаком по животу со словами — «Андрей сучий ты потрох собирайся»
«Ещё пять минут мамм…» — вновь послышался жалобный усмехающийся голос с кровати.
Оочередной громкий хлёсткий хлопок, сопровождающийся протяжным стоном. И вот Андрюха в одних труселях уже стоял пред молодым человеком в чёрном.
«Как ты меня достал Соня» и вдруг вновь послышался удар, но уже по пятой точке бедного Андрюхи.
«Ну чего ты, я уже почти…»
Вокруг творился сплошной беспорядок окурки сигарет, вещи разбросанные по разным углам, одним словом обычная берлога беззаботного только съехавшего от родителей парня. Но здесь есть одна загвоздка Андрей и не видел никогда стен родного дома. Лишь только Серые фасады и высокие заборы мелькали у него в голове порой в неожиданных, но желанных накативших воспоминаний о интернате.
Через пару минут он уже стоял в дверях подле своего товарища в аккуратно выглаженном костюме с дорогими запонками.
Они вышли на лестничную клетку, Андрей, впопыхах ища ключи закрыл дверь. Здесь, как и всегда воняло тухлыми тряпками и Зловонной дохлой кошкой где-то в подвале.
И эта вонь поднималась до самого верхнего этажа где жил Андрей. Очень торопясь они выскочили из парадной на улицу и направились по узкой улочке освещенную утренним майским солнцем. В стороне от бетонных фундаментов зданий озарённые лучами небесного светила уже распустились ландыши. И какое-то странное чувство эйфории окутывало обоих молодых людей в этот ранний час.
Невзирая на обшарпанные панельные заставы многоквартирных домов. «Природа все же брала здесь свой вверх «Вдруг Подумал серьёзный названный ранее Андреем крепкий Маршалс.
Преодолев эту засвеченную улицу, их тени уже плелись за ними по широкому проспекту. Они шли не спеша, собирая зазевавшиеся взгляды барышень и завидные взоры рабочих мужиков, идущих им навстречу.
Как нестранно улицы были забиты людьми. Кучи сонных горожан толпились у продуктовых лавок и молочных кухонь. И где-то в ответвлённой улочки от главного проспекта уже собрался стадный склад зевак.
Все шло, казалось своим чередом. Чередом этого поникшего невзрачного города.
Андрей и Маршалс ускорили шаг устремляясь на Предвокзальную площадь. Здесь по обычаю собирались все провожающие и встречающие своих родственников, коллег и просто людей, наверное, забредших сюда совершенно случайно и не имеющих к ним никакого отношения. Все были пьяны до чертиков даже самая гнусная хибара с пропитыми алкашами показалась бы сущим раем перед этим. Товарищи ловко пробирались сквозь толпу пьяниц расталкивая и отдавливая им ноги. Уже покинув эту площадь молодые люди вышли к большому красивому зданию украшенного лепниной, резными колонами и оконными ставнями в готическом стиле они были полностью обескуражены, когда увидели, что институт закрыт и их путь был наперстен.
«Андрей твою мать»-фыркнул злостно Маршалс смотря на число в календаре в своих часах.
«Ты балбес попутал число?»— снова вопросил его Маршлс
«Твою мать»— воскликнул Андрей и не смотря в глаза Маршалсу протянул ему руку.
«прости что так вышло дружище»-жалобно прохрипел он.
Маршалс стиснул его руку своим рукопожатием и вежливо с ненавистью в глазах сообщил, что ему нужно удалится. Андрей с понимающим видом пожал ему руку еще раз и Маршалс спешно ушел в толпу пьяниц на Предвокзальной площади.
И уже через мгновение Андрей стоял совсем один у великолепного крыльца института. Какая-то буря мыслей и воспоминаний нахлынуло на него. Он спешно шел по узкой тропинке вдоль институтского сада и ворочал в своей голове мысли. Завидя по близости деревянную резную скамеечку он с треском плюхнулся в нее. Достав сигаретку, он размял фильтр и закурил. Клубы ядовитого дыма медленно глумились над его головой. Была тихая и безветренная погода и Андрей принялся мастерски выплёвывать дымовые колечки. Он откинулся, назад опершись головой во что-то деревянное и закрыл глаза.
