Я подозреваю, что существуют еще и другие пути, вот только где же мне их найти? Ответ очевиден – библиотека. И вот, когда я собирался, как следует в очередной раз порыться в дедовом хранилище знаний, меня и настигло новое поручение государя, так что данные поиски пришлось отложить, занявшись освоением довольно сложной техники, по созданию лабиринта разума. Главная суть этого способа – создание сложного коридора, по которому должно пройти воздействие на мозг, прежде чем сработает. И чем сложнее и извилистее будет данный лабиринт, тем эффективней будет такая вот защита. Правда и держаться она будет не всегда, а лишь то самое время, пока воздействие будет пробиваться по коридорам лабиринта. Здесь еще важно, чтобы стены оказались достаточно прочными.
Я же пока изучал условия, задался вопросом, почему нельзя создать просто крепкую стену? Оказалось, что можно, но в таком случае маг не сможет пользоваться своей силой и чувствовать окружающий мир. В общем, куда ни кинь, всюду клин и выход для меня видится лишь один.
Дорогой Дневник, меня уже зовет Никодим Петрович. Автомобиль готов к отправке. Надеюсь, по завершению этого дела, я смогу тебе рассказать во всех подробностях о нем.
Закрыв блокнот, я спрятал дневник в один из ящиков стола, после чего покосился на стоящую у входа всю ту же служанку, в очередной раз, делая себе зарубку в памяти, узнать, как ее зовут. Удивительное дело, я каждый раз, когда ее вижу, обещаю себе узнать ее имя, и каждый раз благополучно забываю вообще о существовании этой женщины. Странно это.
В очередной раз, покосившись на служанку, с ноткой подозрения, я неожиданно для самого себя задался вопросом, а не читает ли она мой Дневник? Как-то не хотелось бы мне, чтобы кто-то посторонний читал то, что я в нем пишу. Все же я стараюсь быть честным с этим блокнотом, а потому…
Отбросив в сторону посторонние мысли, я поднялся из удобного кресла и, одев свой черный пиджак, отправился в сторону выхода.
Мой не сменный водитель уже ожидал меня у машины. При моем приближении, он услужливо открыл мне заднюю дверь, после чего дождавшись пока я займу сове почетное место, легонько захлопнул ее, и занял сидение за рулем автомобиля.
- Куда едем, ваше сиятельство? – Спросил он у меня.
От его сиятельства меня откровенно покоробило, и я было, уже хотел сказать, что не надо так со мной, но воздержался. Как не крути, но он слуга рода. Моего рода, так что этикет соблюдать обязан, даже когда мы наедине.
- Речная сорок восемь. – Ответил я водителю, задумчиво глядя в окно и воскрешая в памяти все детали и нюансы, которые мне удалось узнать из той самой папки о порученном мне деле.
Если говорить, опуская множественные маловажные детали, то основная суть заключалась в следующем:
Мы имеем три происшествия с одинаковым подчерком совершения преступления. Двое из пострадавших при жизни были мужчинами тридцать четыре и тридцать лет. Третьей жертвой была женщина двадцати семи лет. Жили все трое в разных концах Царьграда. Как говориться, при жизни ни как не пересекались, не имели общих знакомых, в общем, никак не были связаны друг с другом. Объединяли же их полное отсутствие травм тел, что могли привести к гибели. То есть, никто их вроде как не убивал. В то же время, у первого мужчины на лбу красовалась, выцарапанная руна, которая по описанию следователя слегка светилась в магическом поле зрения. У второго мужчины, была выцарапана похожая руна, на груди, хотя сам магический знак был другим, но общее сходство сохранялось. У женщины, вернее даже девушки, злополучная руна оказалась на животе.
На данный момент следствию так и не удалось установить, что же это за рунный язык такой, и по какой причине они нанесены на тела жертв. Так же остается загадкой и значение самих рун. Вполне может быть, что именно они и стали причиной смерти. Здесь даже маги эксперты, затрудняются дать какой-то ответ, регулярно употребляя такие слова как: «вероятно, может быть, предположительно и т.п.». В общем, с этим все очень сложно, и с порога дело раскрыть у меня определенно не получится, так что придется, как следует повозиться, прежде чем смогу выполнить свой служебный долг.
Одно радует, в предписании, которое было в папке с документами по этому делу, которому уже дали даже кодовое название «Алфавит», мне разрешалось прибегать к помощи других следователей из ЦСБ ООН, но со строгой оговоркой, что дело должен вести именно я.
Почему Царь принял такое решение, для меня оставалось загадкой, зато вот возможность обратится к кому-то из своих старших коллег и получить от них помощь, мне нравилась. Все же буду честен с самим собой, знаний мне не хватает, я пока что нахожусь лишь на стадии их получения, впрочем, как и опыта работы.
