Список претензий, с ним поступают точно так же, как со списком ожиданий. Если у вас появилась обида на свекровь – осмотритесь. Подумайте, а что вы ждали от незнакомой вам, по сути, женщины? Составьте список ожиданий, сожгите его сию минуту, а пепел съешьте для надежности, чтобы впредь эта акция не повторялась. Вам сразу станет легче, и очередной ужин у мамы пройдет без проблем. Как чудесно! Как приятно общаться с человеком, от которого ничего не ждешь! Это и есть, между прочим, свобода…
А были ведь!.. В природе давно существовали машинки-автоматы. И даже в нашем городе они имелись у блатных бабенок, которые достали их еще при коммунизме. Иностранную или хотя бы ту же «Вятку-автомат». В те времена, кто помнит, говорили именно «достать», а не купить. Купить что-то полезное при советской власти было невозможно, это я сейчас уточняю на всякий случай тем, кто не знает или подзабыл.
И вот! В начале девяностых эти агрегаты появились в свободной продаже, все они были импортные, стоили дорого, в нашем городе на них косились с подозрением. Многие слышали, что у Розы Михалны такая штука есть.
Соседки заходили к Розе посмотреть на чудотехнику. Для чистоты эксперимента приносили свои грязные тряпки. Роза Михална с важным видом нажимала кнопочку. Потом заваривала чай, а через пару часиков доставала из барабана чистое почти сухое белье. Подружки начинали соображать.
– И мне, что ли, пойти купить?
– Давно пора, – кивала Роза Михална.
– Уж больно дорого…
– Да не дороже денег.
Дамы сомневались, деньги они жалели, а свое время и ручки – нет. Все везли телегу со своим хозяйством покорно, как лошадки. С горки на горку, с горки на горку… Зачем и почему – никто не спрашивал, все отливали свою жизнь по одной и той же форме, все четко передавали эстафету, продолжая один бесконечный марафон поколений. Мама мыла раму, потом эту раму мыла дочка, и внучка тоже мыла раму… И я бы тоже мыла раму и стирала белье в допотопной машинке, но тут вдруг раз – технический прогресс случился, за ним падение режимов и новая философия успеха и свободы. Опять же Роза Михална со своими масками на морду и итальянским автоматом… Жизнь захотелось изменить хотя бы на уровне стиральной машинки.
А денег не хватало. Тогда Антон и вспомнил, что на свадьбе моя мама передала ему конверт и сказала, что тут не все и что после зарплаты она еще добавит. Он решил напомнить ей об этом.
Но это же кошмар! Напомнить женщине про деньги! Я знала, что это очень непопулярная в семейной политике мера. Я приблизительно представляла, как мать моя отреагирует, но помалкивала, мне не хотелось стирать руками.
– Ты слышишь это, Соня? – Мать, конечно, сразу воспламенилась. – Ты слышишь, что он говорит? Этот джентльмен говорит мне про деньги! Ах, как же все это смешно!..
– Но вы же сами… – начал объяснять Антон. – И нам как раз немного не хватает…
Бедный мальчик! Он еще не знал, что такое теща. Но держался неплохо, ничуть не смутился. Мне даже стало интересно, как он сможет выкрутиться из столь пикантной ситуации.
– Ему не хватает! – усмехнулась мама. – Только почему-то к Розе он не обратился. У Розы Михалны денег просить нельзя. А у меня можно! Со мною можно не церемониться!
Антон на секунду задумался, как на уроке физики, как будто увидел неизвестную формулу. А потом извинился.
– Простите, пожалуйста, если я вас обидел… Мне очень жаль, что я вас разочаровал. Я бы никогда не стал просить у вас денег… Для себя… Я прошу для Соньчика.
Антон делал паузы, как на международных переговорах, когда политики оставляют время переводчикам. А это и были настоящие дипломатические переговоры, причем между представителями двух совершенно разных стран. Им действительно нужен был переводчик. Но я помалкивала, я не привыкла клянчить деньги у бедной мамы. Антон справлялся в одиночку. О боже! Он не ведал, что творил!
– Вы же сами сказали… – Он повторил это очень спокойно. – Вы сказали, когда отдавали конверт, что там не вся сумма, что с зарплаты вы добавите еще…
– Ах да! Я сама сказала! – всплеснула руками мама. Открыла кошелек – разумеется, денег ей было не жалко. Да и жалеть-то особенно было нечего, у нее ведь зарплата обычной школьной учительницы.
– Зачем тебе такая дорогая машинка? – только спросила она меня. – Еще возьмет и сломается…
– Не сломается, – вставил Антон. – У моей мамы такая же точно…
Он вовремя прервался. Мать пересчитала крупные купюры, на это ей хватило всего секунды три, и тут ее осенило.
– А купи-ка ты нашу «Сибирь»!
– «Сибирь» – это каменный век, – напомнил Антон.
