– Мы надежную информацию по каравану получили. Одни побоялись его брать. Попросили в бригаде людей, но советские нам отказали. Тогда мы рискнули, и сами провели засаду. Взяли двух верблюдов, на которых везли деньги и вооружение, а когда прилетели в Кандагар, бригадные у нас деньги отобрали. Сказали, что неоднократно нам помогали и поэтому имеют право на свою долю.
Это со слов Вардака, а как было на самом деле, кто его разберет? А разбираться пришлось. Хорошо, что у шефа с комбригом было полное взаимопонимание. Как выяснилось, деньги у Вардака действительно отобрали. Военных можно понять, но простить…
Через два часа после нашего визита к комбригу на вилле шефа появился лейтенант с двумя мешками афгани.
– А где еще два? – спрашиваю его в лоб. Сколько было мешков, я не знал, просто так брякнул.
Тот удивленно:
– Там один остался, и то не мешок, а так, мешочек.
– Свободен, – говорит ему Игорь Митрофанович.
Почти два часа считали деньги. Набралось около трех миллионов афгани.
– Хорошая сумма, – говорит шеф. – Может, поделим на двоих? – хитро смотрит на меня.
– Шутите?
– Шучу, шучу. Завтра Вардаку скажу, чтобы забирал свои деньги, – сказал шеф, запирая в сейфе «полугодовую зарплату» нашей группы.
«Финансового магната» из меня не получилось. И слава богу!
Комбат батареи Сашка – молдаванин «отдыхал» в своей «келье». Увидев меня, кинулся обниматься.
– Аккуратнее, аккуратнее, Санек, – сдерживаю его душевный порыв. – Я пока еще ориентацию не поменял, да и менять не собираюсь… – Похоже, он принял на грудь не одну «рюмку чая».
– Не нужны мне ваши «Волги», чеки, афгани, – бухтел он мне в ухо.
– Ну и хорошо. Нам больше достанется, – аккуратно снимаю его с моей шеи. Никак в толк не возьму, о чем это он.
В комнату вошел Виктор.
– Витек, ты хоть объясни, что с комбатом?
– Сегодня он в Кандагаре был.
– И что с того? Мы каждый день там.
– Это вы каждый день, Петрович, в Кандагар ездите, – встрепенулся задремавший было комбат. – Не нужны мне ваши большие зарплаты. Кто скажет, что вы зря хлеб едите, в морду дам.
Он хотел еще что-то добавить, но силы покинули его…
– В Кандагаре комбат с товарищами в старую часть города в дуканы ездил. Там они на «духов» и напоролись. Двое раненых, один погибший, – пояснил Виктор.
– Молодцы! – с иронией проговорил я. – Кто это их надоумил «экскурсии» по Кандагару устраивать? Впечатлений захотелось? Сколько же он выпил? – Я посмотрел на спящего комбата.
Витек усмехнулся:
– Петрович! Водки много бывает?
– Не знаю, – улыбнулся я.Утром следующего дня шеф сдал афгани на хранение в банк [78] , и мы отправились в Кандагар.
Подъезжая к мосту, увидели комбрига, который о чем-то оживленно беседовал с офицером – капитаном. Было видно, что у военных хорошее настроение.
– От чего такое веселье? – спросил шеф, поздоровавшись с ними.
Мы тоже вышли из машин. Поздоровались.
– Капитан новость привез. Детективная история в стиле Хичкока, – улыбается Павел Владимирович. – В Шинданде офицеры после дружеского «чаепития» решили проверить надежность нового бронежилета.
– Проверили? – интересуется шеф.
– Проверили. Один надел его на себя, а другой с пяти метров в него из «макарова» стрельнул.
– И что? – спрашивает Алик.
– Коротка оказалась «кольчужка». Парню теперь только евнухом в гареме работать, – усмехнулся комбриг.
«Это сколько же надо было выпить «тонизирующего напитка», чтобы до такого додуматься?» – поймал я себя на мысли…
Да, армия крепка «дубами»! Чем их больше, тем она крепче. Это не я сказал.
Вернувшись на виллы и прихватив литровую банку масти, которую по моей просьбе Гауз купил в дукане, я поехал к Сашке – молдаванину.
– Как он? – спрашиваю Виктора.
– Болеет командир.
Комбат «ковриком» лежал на кушетке. Увидев меня, еле выговорил:
– А, это ты, Петрович. Проходи. Присаживайся.
– Привет, Санек! Вчера ты бодрее был… Все на танго меня приглашал, – смеюсь я.
– Кончай издеваться. В голове сплошные орудийные залпы.
