— Это плохо? — Лиза ничуть не обиделась, наоборот, подыграла.
— Это чудесно, — я потянулся к ней, чтобы поцеловать.
— Смотри, примерзнем тут губами, — засмеялась девушка, но не отстранилась.
Мы целовались, а в это время происходило самое настоящее обыкновенное чудо — оранжево-красный свет в небе переходил в бордовый, а лавандовая полоса превращалась в фиолетовую.
Еще какое-то время мы любовались звездами, разговаривали и ужинали бутербродами. А еще пили глинтвейн, чтобы согреться. Мне было очень хорошо. Настолько, что я даже не подумал о возможных последствиях этого вечера».
«Свидание на крыше — часть 2. Это стало уже традицией — то, что я описываю наши с Лизой свидания в нескольких частях.
На обратном пути из долгостроя нас остановила ДПС.
Глинтвейн.
Чем я думал?!
Человек в форме моложе и наглее меня привычно отыгрывал свою роль в маленьком спектакле «Лишение прав за вождение в пьяном виде». Я, как честный гражданин, мысленно посыпал голову пеплом, кусал локти и приготовился расстаться с белой пластинкой водительского удостоверения.
— Выйдите, пожалуйста, для проверки на алкотестере, — протокольно продолжал патрульный.
И тут, неожиданно в игру вступила Лиза. Она выскочила из машины быстрее меня. Я еще дверь за собой не закрыл, а она уже гипнотизировала инспектора голубыми глазищами, мило улыбалась и что-то шепотом ему объясняла. Потом она на моих глазах прошла к машине ДПС и села в нее. А человек в зимней форме проследовал за ней.
Что там происходило, я не видел. Стоять на улице было холодно, но если бы я сел в машину, то вообще бы потерял ее из виду. Время медленно текло, отмеряя секунды светом фар проезжающих машин. Я понятия не имел, что там происходит. Но это явно была не взятка — у меня есть знакомый инспектор ДПС, и он рассказывал, что сейчас камеры понатыканы во всех патрульных машинах. И получить взятку в машине просто нереально. Тогда что она там делает? О чем говорит?
Когда Лиза вышла из патрульной машины, по моим ощущениям прошло полчаса.
— Поехали, скорее, домой. Я замерзла.
Мы сели в мою тойоту, циферблат в салоне показывал, что я был на улице всего пять минут. Но не казусы восприятия времени сейчас занимали мысли.
— Что ты там делала?.. — Со стороны мой голос звучал со злостью.
В ответ она промолчала.
— Что ты им сказала? — Спросил я на этот раз мягче.
Если давить, так и не смогу разобраться в ситуации. Она глубоко вздохнула:
— Я сделала так, чтобы тебя отпустили.
— Лиза… А что ты сделала?..
Вопреки ожиданиям, она широко улыбнулась:
— Припугнула их Алымовым.
Я не знал, как реагировать. С одной стороны, она спасла меня от необходимости целых два года тратиться на такси. С другой — это она напоила меня глинтвейном.
Но, опять-таки, меня никто не заставлял пить. Голову нужно было включить заранее. И всё же, она и самый влиятельный человек в регионе — где связь?
— Лиза… ты спишь с Алымовым? — Мозг к концу дня отказывался думать и искал самые простые решения.
— Нет! Я соврала!
— А чем доказала?
— …Они поверили. И всё.
— Десять минут убеждала?
— Пять, на время посмотри.
Что-то не сходилось. Но если честно навалилась такая усталость. А может быть, это пошел откат после пережитого стресса? Так или иначе, я больше не пытался выжать из нее хоть что-то. Ехали до ее дома в каком-то пустом разговоре, который поддерживала лишь она. Мы поцеловались на прощание, и я уехал домой.
И снова от свидания остался неприятный осадок. Хотя это даже понятно — у кого после встречи с ДПС осадка не остается?»
«Сегодня произошло нечто из ряда вон.
С последней записи прошло, оказывается, три недели. Мы встречались часто. Так часто, что не было нужны писать, в попытке вспомнить запах ее кожи. Он и так был со мной, будто прилип.
Перечитал записи о ней и понял, что не писал о сексе. А просто не хочется. Она — не очередная победа пикапера. А возможно, будущая мать моих детей. И пусть всё интимное останется за пределами этой тетради.
Я так и не сделал ей предложение — всё тяну. Не ощущаю себя достойным. Не понимаю, что сделать, чтобы стать достойным. Боюсь, что откажет, и будет этот отказ обоснован. А я не смогу дальше жить, зная, что наши пути могут разойтись. Вот я пишу это, а по коже мурашки.
Я не знаю, как она это делает. Но с ней все свидания становятся особенными, даже если мы просто решили посмотреть кино у нее дома. В полумраке гостиной…