Девушка встала, таким образом, будто помогала мне отряхнуться, но эта позиция не давала сразу же отреагировать мужчине, стоявшему напротив и проявить инициативу помочь мне. Саша слегка толкнула, показывая, что мне пора линять.
– Ничего страшного.
Я морально выдохнула, улыбнулась гостю и попятилась назад.
– Извините, мне нужно переодеться.
Я продолжала шагать назад.
– Меня Алена зовут. Приятно познакомиться.
Может я выглядела и не убедительно, но получилось отделаться от прикосновения. Даже не помню, как очутилась в своей комнате.
Через пару минут, послышался хлопок входной двери. Я, со спокойной душей, спустилась обратно. Ирен уже вернулась к столу и записям. Вид ее снова был прежним. Вот это перевоплощение. Остальные разошлись по своим делам.
Я странно себя чувствовала. Еще недавно голова кружилась от скопления людей, а сегодня всех как ветром сдуло. Я решила помочь Ирен. Мы долго листали какие-то книги, просматривали чьи-то дневники, и еще много чего, но без особого результата. В лаборатории послышался резкий взрыв. Мы стремительно направились туда.
Алиса стояла вся в дыму и махала рукой, пытаясь его отогнать, иногда покашливая.
– Что случилось?
– Ой, извините, я вас напугала, наверное. Ничего не выходит нормально.
– А почему взорвалось?
– Там есть список ингредиентов. Весь алгоритм приготовления идентичен с взрывчаткой из боярышника. Кроме последнего компонента. А его я не могу добавить, так как происходит взрыв. Если добавить до взрыва, то ничего не получается.
Алиса была похожа на обиженного ребенка. Девушка надула губы.
– Нужно отдохнуть. Пошли, посидишь в гостиной, а я приготовлю тебе чай.
Она немного задумалась, но потом сдалась.
– Да, ты права, нужно отвлечься.
Я налила всем чай, и мы присели на диван. Алиса эмоционально рассказывала подробности своего эксперимента, и ей было важно выплеснуть свое негодование по этому поводу.
– Вот, видите, обидно, что не хватает извилин сделать все правильно.
Я не считала Алису глупой, но осмелилась предложить.
– А что, если добавить нужно последний компонент уже после взрыва? Ирен покачала головой.
– В процессе взрыва, жидкость образует молекулярный купол. Это вампирская ловушка. Добавлять нечего ни к чему.
– А, может, как вы с Ксенией заперли в огненной ловушке лешего. Взрыв, а потом добавить нужный элемент? Может даже, нужно это делать в определенный промежуток времени.
Алиса задумалась, резко встала и побежала в лабораторию.
– Надеюсь, она справится.
Мы с Ирен допили чай и принялись дальше с новыми силами просматривать тонны информации. В какой-то момент девушка подняла голову и будто невзначай, даже не мне, а просто в пустоту сказала:
– В природе нет таких существ, которые таким образом зависят друг от друга, а значит, это искусственно созданная зависимость. Следовательно, – Ирен покрутила карандаш, который держала в руках, – мы можем от этой зависимости избавиться.
Она сев в свое любимое кресло, закрыла глаза и откинулась назад. Видимо, это такой способ подумать. Я решила не мешать и вышла на улицу, пройтись по саду за домом. Как ни странно, в углу в самом дальнем месте участка, стоял большой куст боярышника.
– С вампиром дружим, но боярышник во дворе есть.
Сзади раздался приятный мужской голос, который меня испугал.
– Этот куст здесь давно. Извини, если испугал. Ольга жила в этом доме последние годы и сад ее.
– Ольга это бабушка Алисы?
– И да, и нет. Они родственники, но не такие близкие, как это записано в официальных документах.
– Я немного о ней знаю.
– Нужно будет устроить тебе ликбез. Хотя, я и сам не так много о ней знаю. Но, она с вампирами воевала. Девочки первое время тоже хотели меня прикончить, но потом мы нашли общий язык.
Я хихикнула.
– Дай угадаю, первая пошла на контакт Алиса.
– Да. Она самая. Остальные, похоже, до сих пор меня как-то недолюбливают.
– Наверное, есть причины.
Я намекала на его скверный характер. Ян не ответил. Мы постояли пару минут, и я решила поговорить с ним кое о чем важном.
– Я могу кое о чем личном спросить?
– О моей бывшей жене, ой, прости, вдове?
– Это бесспорно любопытно, но, меня интересует твоя вампирская сущность. Как ты с ней справляешься? Я имею в виду, вы же постоянно хотите пить кровь? Или как это происходит?
– Почти так. Мы чувствуем запах человека. Люди этот запах называют феромоны. Мы их чувствуем в прямом смысле слова. Это не подсознательно, а вполне реально. Это как голодного человека запереть в комнате с кучей вкусно пахнущей еды и запретить что-то пробовать.
– Отлично, меня сравнили с едой.
– Тебя, нет. Ты горькая. Даже на запах. Вампиры тебя не захотят.
Мы оба рассмеялись. Впервые мы так легко и беззаботно общались. Он оказывается не такой говнюк, как это могло показаться в начале.
– Тебя же интересует вопрос самоконтроля?
– Да, я начала чувствовать, как яд перемещается во мне. Точнее, иногда, когда я начинаю концентрировать внимание именно на своих ощущениях, то могу это почувствовать, но тогда все внешние факторы для меня притупляются. Все, что происходит около меня, я уже не воспринимаю. И злость. Понимаешь? Я становлюсь агрессивной.
