Оставив Кузьму у забора, она вернулась в дом. Взяв на кухне ковш и эмалированное ведро, обошла веранду. Колодцем явно пользовались, но вот крышка ему бы не помешала, а так ещё непонятно, что там плавает. Может, это кладбище рассеянных индюков, и раньше их тут стадо бродило, стался один, обозленный одиночеством. Подцепив ведро, Наташа опустила его вниз на веревке, услышав гулкий всплеск, немного подождала и подняла. Набралась всего треть воды, но, слава богу, чистой и, судя по запотевшему ведру, ледяной. Зачерпнув ковшом, она оставила ведро у колодца и вернулась к калитке. Кузьма ждал её, обмахиваясь листом лопуха. Смотрел, как она приближается, склонив голову, явно любопытствовал и не скрывал этого. Наташа даже немного смутилась. Не привыкла, чтобы на неё так глазели, знала, что не тянет на леди-вамп. Невысокая, теперь ещё и исхудавшая, а в сочетании с короткой стрижкой она напоминала скорее подростка, стащившего у мамы взрослую одежду. Немного выручали яркие серьги и каблуки. Но сейчас она была босая, а на ушах оставила только серебряные каффы с тонкими цепочками.
Передав ковш над калиткой, она предупредила:
– Вода ледяная.
Кузьма словно не услышал, начал пить жадно, большими глотками. У Наташи свело зубы от одного взгляда на этот процесс. Он же не маленький, должен понимать, что так можно простудиться, да и вообще, в мозг ударит.
Так и случилось. Кузьма допил до дна и, прижав большой палец к переносице над перемычкой очков, сморщился.
– Жжёт, будто в лоб копытом получил.
Переждав болезненный спазм, он тряхнул головой и снова улыбнулся.
– Так ты надолго в наших краях?
– Не знаю ещё, – Наташа все не могла избавиться от фантастического предположения, что это может быть тот самый Рыжик, неосознанно симпатизировала новому знакомому и въедливо рассматривала. Заметив её интерес, Кузьма даже приосанился. В вороте рубашки виднелась густая рыжая поросль, торс немного раздался, потерял гибкость, но вся это основательность хорошо вписывалась в облик рыжего медведя. Наташа задумалась. Если это дневниковый Рыжий, то он, видимо, питался не просто местным жирным молоком, а ел коров целиком. Хотя, может, наконец-то пошел в папу полуклассического качка и просто перерос подростковую угловатость.
Она отвела взгляд и не очень вежливо добавила:
– Глушь тут, конечно. Для отпуска подходит, а для жизни вряд ли.
Кузьма отреагировал как Вика, искренне обиделся за поселок.
– Вообще не глушь. С тех пор как глава открыл при винодельне комплекс для туристов, к нам из города едут на экскурсию по подвалам и виноградникам. И это только начало!
Наташа равнодушно пожала плечами.
– Интернета нет.
Кузьма бросил взгляд на соседний дом.
– Луку попроси. Он таким занимается. Ноутбук я у него чинил. И в школу он интернет наладил. Это как бы его работа.
Наташа ухмыльнулась. Кузьма, Лука – что за имена? Словно из сказок.
– Его нет.
– Значит, скоро приедет. Попроси. Он тебе по-соседски, бесплатно, сделает.
Наташа видела, что Кузьма мнется, не хочет уходить, но не знает, о чем говорить. При такой выразительной мужской внешности у него точно не было проблем с досугом. Видимо, она его заинтриговала, как что-то новенькое. Судя по всему, на местных барышнях он уже обкатал свою харизму, поэтому его потянуло на городскую тощую экзотику.
– Попрошу. Ты, случайно, не знаешь, чей индюк?
– Какой индюк?
– Бродит тут один агрессивный индюк и раздает инфаркты.
Кузьма вскинул рыжие брови, оглядел двор за плечом Наташи.
– Индюк, значит? А, кроме индюка, все… обычно?
Наташа сразу же закрылась, словно моллюск захлопнулась в раковине. О своих галлюцинациях и их причинах ей рассказывать не хотелось.
– Обычно.
– Помощь хрупкой девушке не нужна? – вежливо и игриво предложил Кузьма.
Наташа сразу вспомнила о ревизии сарая.
– Нужна. Нашла тут старый велосипед со спущенными камерами. Не знаю, к кому обратиться за помощью. Есть в вашей деревне мастерская?
Кузьма фыркнул.
– Я сам починю. Только инструменты с собой в следующий раз захвачу.
Наташа на несколько секунд задумалась и нехотя кивнула. Велосипед ей не помешает, а Кузьма не вызывал раздражения. Пока только интриговал. Можно сказать, ему повезло, что он рыжий.
– Буду благодарна.
Она сделала шаг назад, показывая, что беседа закончена. Но Кузьма все ещё стоял, будто ждал приглашения в дом или продолжения разговора. Переступив с ноги на ногу, разочарованно вздохнул.
– Ну ладно, я пошел. Увидимся позже, – снова замялся, – у велика.
– Пока.
До вечера Наташа снова мастерила украшения и то и дело возвращалась мыслями к почтальону. Это в пятнадцать лет она, как Рыжий, сомневалась в себе и могла распознать симпатию, а сейчас трезво оценивала флирт Кузьмы. Она ему понравилась. Он ей, в принципе, тоже. Яркий мужчина. Но пока она ему доверит только велик, сюда она приехала не за любовными приключениями.
