1 декабря. Передают, что Черчилль как член кабинета внес предложение о разрыве с Россией. Предложение не прошло, но важно, что оно сделано. Все равно Черчилль добьется своего.
6 декабря. Рабочая партия, обозленная неудачей на выборах, потребовала организации комиссии по проверке подлинности письма Зиновьева. Конечно, Мак прекрасно понимает, что ближайшие четыре года ему придется сосать кулак на скамьях оппозиции. И он хочет чем-нибудь насолить консерваторам. Однако в комиссию прошли Чемберлен, Керзон, Сесиль — все свои люди. Меня дважды вызывали на заседания. Я заранее согласовал свои ответы с Черчиллем. Чемберлен спросил меня, откуда я получил письмо. Я ответил, что письмо идет от одного английского коммуниста. Коммунист передал документ некоему мистеру Имтерну, от которого оно разошлось по частным рукам и газетам. Один экземпляр попал мне. Как агент Интеллид-женс Сервис, я не мог скрывать письма в бумажнике, а представил его в канцелярию службы.
— А не мог Имтерн подделать письмо? — спросил Чемберлен.
— Ну, вот еще! — сказал Керзон ворчливо. — Я знаю Имтерна. Ему некогда заниматься такими глупостями.
— Тогда не о чем и говорить, — резюмировал Чемберлен. — Можете идти.
На этом и кончился мой допрос.
18 декабря. Я был на нескольких заседаниях палаты. Чемберлен прекрасно сумел отбиться от нападок Рабочей партии. Наиболее слабое место в его возражениях — это, конечно, ответы на вопрос: почему не арестован Мак-Манус? Но и тут министр вышел победителем. Он сумел прикинуться глуховатым и неразговорчивым. Спикер заступился за него, и лейбористы проглотили пилюлю. Ясно, что вопрос о письме не сойдет с обсуждения в парламенте ближайшие десять лет. Но он будет носить уже научный и исторический характер. Практически вопрос исчерпан. И я искренне рад этому.
2 января 1925 года. Меня вызвал Черчилль и спросил, какую награду я желал бы иметь в связи с Новым годом. При этом он намекнул, что повышение меня в чине нежелательно, так как это вызовет лишние разговоры. Он предложил мне тысячу фунтов.
— Благодарю вас, — ответил я. — Но мне хотелось бы еще получить годичный отпуск.
— На что он вам? — спросил Черчилль.
— Моя жена очень тоскует по парламентскому креслу. Я думаю, что только кругосветное путешествие сможет ее успокоить.
— Что же, это дело. Поезжайте вокруг света, Кент. Вы человек с головой и привезете какие-нибудь новости. Я позвоню начальнику вашей службы, чтоб вам дали отпуск. А поручение вы себе сами придумаете.
20 января. Мабель готовится к путешествию. Полковник не возражает. Я тоже привел свои дела в порядок и могу выехать в любую минуту. Мы покупаем огромные чемоданы, так как Мабель рассчитывает пробыть в путешествии не меньше года. Она прочитывает книги о тех краях, где мы побываем. Просматривает фильмы, изображающие пейзажи Японии, Южной Америки и Индии. Я поддерживаю все эти причуды. Понемногу, увлекаясь путешествием, она забывает свое горе. И это меня радует. Ведь как-никак я сыграл некоторую роль в ее провале.
10 февраля. В клубе армии и флота я встретил майора Варбуртона. Он сказал:
— Я слышал, что вы едете в кругосветное путешествие, Кент?
— Так точно.
— С какими целями?
— С образовательными целями, майор. Кроме того, я хотел бы отдохнуть.
— Очень хорошо. Мы вам придумаем третью цель. Знаете ли вы, что Америка тратит тысячу пятьсот долларов в минуту на нужды обороны? Ведь это уже явно направлено против Европы. Зайдите на службу послезавтра. Мы вас попросим кое-что разузнать в Чикаго и Вашингтоне.
— Но я боюсь, что это поручение помешает мне отдохнуть.
— Ни в коем случае. Оно только развлечет вас. Ведь имейте в виду, что теперь, когда консерваторы у власти, Россия нам не страшна. Но нам надо подумать о других странах. Мы очень запустили нашу разведку там. Значит, послезавтра.
20 февраля. Я принужден был ходить целую неделю в Интеллидженс Сервис и военное министерство. Мне дано большое задание по Америке и Японии. Я даже не мог отговориться тем, что еду с женой и не могу рисковать. Мне возразили на это, что, вообще говоря, жена лучший предохранитель от ареста, особенно если она член Рабочей партии. Что же касается разных сведений, то я могу не доставать их самостоятельно, а покупать. На это мне будут отпущены средства.
И, действительно, вместе с инструкцией мне была передана книжечка аккредитивов на разные пункты земного шара.
9 марта. Я кончаю делать прощальные визиты. Сегодня посетил Долгорукого.
Я не был у князя почти целый год.
В гостиной за чашкой чая я увидел Юлию Аркадьевну, которая превесело болтала не больше не меньше, как с моим тестем, полковником Мальмером. Тут же Долгорукий, прилично одетый, рассказывал свои боевые приключения.
