— Не смог дальше спать без твоего сопения, — Гарри обнял Скорпиуса со спины и поцеловал в шею. А затем, ловко выдвинул ящик и выхватил газету, прежде чем Скорпи успел бы возмутиться.
Скорпиус недовольно смотрел на Гарри и чуть не упустил поднявшийся кофе. Чертыхнувшись, он выключил плиту и полез за чашками. Лицо Поттера странно застыло, когда он перечитывал статью вот уже четвертый раз.
— Значит Джинни была права, — убитым голосом сказал он, — Как и Гермиона.
Малфой пожал плечами, конечно женщины были правы, особенно женщины, любящие Поттера, видят насквозь, когда к тому пытаются залезть в кошелёк, штаны или в душу. Но что Скорпиус мог сказать, точно не то, что готов голыми руками убить эту овцу Чжоу, только за то, что заставила Поттера чувствовать себя виноватым. Он и так страдает от своей славы всю жизнь. В далёком детстве, Скорпиус воспринимал Гарри Поттера как несокрушимого Героя, способного справиться с любым злом одной левой. Это был какой-то придуманный образ идеала. Всё равно, что восхищаться актёром магического театра, или автором песен. Но мало кто в действительности понимает, что из себя представляет их герой в повседневной жизни. Обострëнное чувство справедливости, кошмары по ночам и просто жуть какая изматывающая опека о близких. Последнее Скорпиуса раздражало больше всего, о нём родители так не заботились, как ненормальный герой Гарри Поттер. И Скорпиус понял, что даже если после всего этого он не разлюбил Гарри, а прикипел к нему ещё больше, то это уже навсегда. Он всегда будет любить своего Гарри Поттера со всеми его недостатками и неидеальностью. После этой ночи он понял, почему Джинни относится к нему сейчас так трепетно. Это скорее материнские чувства. Гарри так и остался мальчиком-сиротой с тяжёлым детством. Джинни, Молли, Гермиона и остальные близкие дали ему эту недостающую нежность и любовь в таких количествах, что Гарри обрёл самую настоящую семью, какой у него не было. Джинни подарила ему троих прекрасных детей, то что они прекрасны, Скорпи знал не по наслышке. Дети Поттера — его друзья. Все они. Альбус, конечно, гораздо ближе, с ним они провели семь лет в одной комнате слизерина и младший Поттер всегда остаëтся самым лучшим и внимательным другом. Малфой только надеялся, что Ал его самого воспринимает точно также. У Гарри была большая, любящая и замечательная семья, но настоящего партнёра или партнёрши не было никогда, разве, что в самом начале отношений с Джинни. И то, она сама рассказывала Скорпиусу, что Поттера хотелось окунуть с головой в тот драгоценный семейный уют, которого у него никогда не было.
Скорпи поставил перед Гарри тарелку с омлетом и чашку ароматного кофе и только тогда отвлëкся от своих мыслей. У Поттера безостановочно бежали слëзы.
— Гарри, ну ты чего? — тихо спросил Скорпи и взял ладони Поттера в свои, мягко поглаживая.
— Я идиот, правда? — хриплый голос звучал уж слишком несчастно.
— Правда, — серьёзно сказал Малфой, с трудом сдерживая смех, — Ты прошёл столько испытаний и до сих пор не осознал, что не всесилен…
Его прервал звук полыхнувшего камина, из которого стремительно вылетел злой как мантикора, Люциус Малфой.
— Дед?
— Люциус?
— Люциус, Люциус, — он прошёл к столу и бросил на него свежий номер «Ежедневного Пророка» так, чтобы было видно фото Гарри и сидящей у него на коленях Чжоу. — И что это, по-вашему такое, мистер Поттер?!
— Это момент со дня свадьбы Джинни и Виктора, — спокойно ответил Поттер.
— И почему эта… Мисс, — Люциус сделал ударение на последнем слове, — сидит на ваших коленях?
— Вероятно, потому, что она на них уселась, — пробормотрал Гарри. — Что вы хотите услышать, Люциус?
— Это правда? — он кивнул в сторону газеты, — Вы собираетесь порвать с моим внуком?
— Вас это никак не касается, мистер Малфой, — Поттер как ни в чём не бывало отпил из чашки глоток кофе.
— Не касается! — прогремел Люциус.
Дед весь раскраснелся от гнева и сверлил Гарри злобным взглядом. Скорпиус тяжело вздохнул, ну к чему весь этот цирк!
— Дед, ну что за допрос?! — Скорпи поставил перед Люциусом чашку чая, — Как будто бы ты не знаешь, как пишутся эти статьи! Эта овца Чжоу всё подстроила.
— Что-то вы не очень беспокоились о внуке, когда насильно женили его, а потом выгнали из рода из-за вейловской крови! — Поттер не на шутку разозлился.
— Вот-вот. Именно о женитьбе и пойдёт речь. — Старший Малфой скрестили руки на груди, — Когда вы, мистер Поттер, планируете жениться на Скорпиусе?
— Дед, что за глупости? — начал смущенный до красных пятен Скорпи.
— Я не с тобой разговариваю, — оборвал его Люциус, не сводя испытывающего взгляда с Поттера.
— Не думаю, что это то, что я буду обсуждать с вами, — Поттер взглянул на Скорпиуса и тот покраснел ещё сильнее. Ему бы очень хотелось быть мужем Гарри, но он понимал, что это практически невозможно. Его возлюбленный слишком публичный человек, все кому не лень перемывают ему кости. — Мы сами решим где и когда это произойдет.