Погода с утра тихая и благоприятная для Медитации. Восходящее солнце играет бриллиантовыми искрами на душистой утренней росе, вокруг стоит терпкий аромат свежести. Мы все умываемся здесь только росой, собирая ее ладонями с белых ромашек и зверобоя. Полнейшая тишина окутала долину – даже птицы и жужжащие обычно насекомые тоже молчат.
На утренней Медитации над нашим лагерем появился широкий конусообразный Луч энергии ярко-салатового цвета, который вращался по часовой стрелке. Постепенно он все больше и больше расширялся сверху, пока не превратился в мощный стоячий столб энергии салатового цвета, в котором разместились все наши палатки и мы вместе с ними.
Орис, находящийся вне плотного тела, собрал наши три неоново-серебристых Луча (мой, Веллы и Вооулла), которые мы продуцировали из своих центров, и, соединив их со своим фиолетовым потоком, направил всю эту энергию ввысь, в Космос. Так продолжалось до появления с южной стороны долины огромного черно-серо-коричневого вихря, как торнадо, уходящего одним своим концом в землю, а другим – в фиолетово-розовое небо, укрытое сиреневыми и голубыми облаками.
Вихрь быстро приближался к нам, но тут все пространство вокруг нашего лагеря наполнилось множеством фиолетово-синих лучей, образовавших как бы защитную стену по периметру салатового энергетического столба. Покружив вокруг лагеря и не рискуя проникнуть за оградительную завесу, торнадо убрался восвояси, скрывшись за склонами южных гор.
Когда его не стало, от Ориса через ускоритель высоко вверх хлынул поток светло-синей энергии. Затем, ни с того, ни с сего, на уровне четвертого обертона Астрала, с которого за нами Орис вел свои наблюдения, началось мощное землетрясение (8-9 баллов). Все вокруг так сильно колебалось, что Орис, испугавшись за наши физические тела, тут же вернулся с Астрала, обнаружив, что в лагере все по-прежнему было тихо и спокойно. Больше Орис не стал выходить в Астрал и на этом утренняя Медитация закончилась.
После того, как Орис знаками дал понять нам, что происходило во время Медитации, мы, попив воды, отправились босиком в долину на гимнастику. Орис расставил всех нас в определенном порядке, в зависимости от стихии дня рождения,
Во, как интересно было! По окончании упражнений, мы совершили благодарственную молитву и возвратились гуськом, читая про себя молитвы, вслед за Орисом вниз к палаткам.
Попив воды, все занялись хозяйственными работами: Сестры стирали, Братья пилили и кололи дрова для вечернего костра, набирали и носили воду из источника, затем под навесом перетирали и измельчали траву для подушек. На небе ни единой тучки, солнце здесь, на высоте 1.200 метров над уровнем моря, палит просто немилосердно, но иногда все же наскакивают порывы свежего ветерка, от которых становится чуть легче переносить жару.
С 15 до 17 часов – уже традиционный сон в общей пирамиде, недавно сооруженной Братьями под навесом. Но поспать особо не удалось – все по-прежнему не отстают от Ориса со всевозможными вопросами, и по делу, и нет. Он уже половину общей тетради исписал, терпеливо и подробно отвечая нам. Ну и ну, откуда только в нем столько энергии и терпения!
Хотя некоторые из нас, а то и все сразу, получают от него уже первые замечания, как например: меньше суетиться, не отвлекаться на внешние объекты и обстоятельства в ущерб духовным мыслям, больше уделять внимания внутреннему самосозерцанию и т.д. Но характерно, что сделав кому-то замечание, Орис всегда целует после этого Брата или Сестру в лоб или в щеку. Или еще – просто пишет в тетради, как сильно он всех нас любит! Может поэтому нам иногда даже хочется получать от него замечания?..
