У нас во дворе люди заняты другим: выживанием и обогащением.
Листовку я хочу сохранить!
Теперь соседям туго. Имущество ближайших домов они «прикончили». Грабить нечего. Разбирают чужие крыши. Снимают с домов и откапывают разные трубы, арматуру, провода.
Скупщики ездят по дворам.
7 октября 2001
С Джимом отношения напряженные. Под своими окнами мы услышали разговор.
Мужчины нашего двора совещались о том, что можно у нас взять!
А как взять? Мы ничего этим гадам не отдадим. Им наркотики надо нюхать. Водку с пивом пить. Вот и придумывают новые «подвиги».
Я крутила помидоры в банках на зиму.
А на рынке опять взорвался фугас.
Полина.
24 октября 2001
Вчера застрелили голубоглазого мастера ключей — Володю! Того парня, что по три месяца держал Уразу! Работал! Не имел ни одной вредной привычки!
Он собирался жениться на девушке-чеченке. Получил согласие ее родных. Ему было 26 лет!
Наша тетя Лейла ревет не переставая!
Володя жил в ее семье. Затем снял отдельную квартиру. Но по-прежнему питался и ежедневно бывал у Лейлы.
Как его хоронить? Кто нам поможет?!
Сказали: Володя-Ваха лежит на стульях в милиции. В Заводском районе.
Будур.
26 октября 2001
Завтра хороним Володю. Его мать не приехала. Хотя ее адрес нашли. Телеграмму отправили. Договорились о захоронении на мусульманском кладбище. Недалеко от поселка Алды. Ходили по мечетям, спрашивали:
- Кто сделает обряд? Как похоронить мусульманина, подскажите?
Нашли старика-муллу. Он согласился помочь и сказал, что нужно купить ткань, мыло, духи без спирта. Лейла дала денег, и я купила.
Многие против захоронения русского среди чеченцев. Но Володя-Ваха так предан вере, так чист душой!
Пришли два старика.
Сказали:
- Денег не надо! Покушаем — и хватит.
Читали молитвы.
Однако муж Лейлы, сколько смог, заплатил им.
Мама помогала: все подавала, мыла, убирала.
Я научилась делать поминальную халву. Ни одна лепешка не поломалась! Хотя я делала ее первый раз в жизни. Соседи тети Лейлы попробовали и похвалили меня.
Ее следует раздать перед тем, как вынесут тело.
Странная, таинственная смерть.
Показания с ближайшего военного поста: к Володе-Вахе подошел подросток. С виду лет пятнадцати. Окликнул его. А когда Володя повернул голову — выстрелил.
Правда ли это?
На звук выстрела начали стрелять сразу с двух российских постов.
Они не знали, что именно случилось. Просто откликнулись. Начался бой в центре Грозного. Погиб хороший человек.
Многие чеченцы плакали.
Царевна.
29 октября 2001
Приехала мама Володи-Вахи.
Правильно, что не ждали ее. Иначе не обошлось бы без инфаркта!
Оказывается, у него были с собой большие деньги. Их украли!
Тот, кто убил? В милиции? Врачи?
Приезжала невеста-чеченка. Рыдает! Как мне ее жаль!
Она тихонько шепнула, что хочет умереть на его могиле.
Мне снился Ваха-Володя! Он улыбался.
Тоню — продавщицу книг пообещали убить. Чтобы русских людей на рынке не было.
Она испугалась и плакала. Ее сын в долг купил дом. Тоня рискует, чтобы помочь семье сына. У нее очаровательная внучка.
Мадина на рынке поминала погибших братьев.
Ее младший брат в 19 лет погиб рядом с ней при ракетном обстреле рынка 21 октября 1999 г. Ему оторвало голову.
Старшие братья расчищали завал разбомбленного дома в г. Урус-Мартане. Под плитами дома стонали люди. Кранов не было. Братья сами, вручную, пытались плиты поднять.
Но съехала верхняя плита.
Сразу на них двоих.
8 ноября 2001
Переехали 30 октября.
Мы долго слушали, как сговариваются соседи. Они решили нас убить. Гадали: сколько получат за книжный шкаф? Совещались, как им делить прибыль?
Планировали разделиться на две группы. Одна будет агрессивна. Вторая сделает вид, что желает помочь.
Так у нас одной рукой здороваются, дают хлеб. А другая рука — с ножом.
Брат против родного брата никогда не пойдет! Это мы хорошо знаем. Кроме расселившихся по двум четырехэтажным домам двух чеченских семей (многочисленных по своему составу), рядом с нами никто не живет.
Плохи наши дела!
Я рассказала обо всем соседкам на рынке.
Откликнулась Таиса с остановки «Электроприбор». Пообещала спросить разрешение дома.
В случае согласия близких — переселить нас в одну из своих пустующих квартир.
И разрешение было получено!
Я предупредила Лейлу. Она и мать Вахи-Володи пригнали машину. Мы быстро побросали в кузов наше барахло, что для окружающих явилось полной неожиданностью.
Нам немного помог младший брат Джима. Он простодушно радовался:
- Я так и знал — удерете! Сумеете!
Резван сурово смотрел и злился.
Его план уничтожить нас — вредных свидетелей, списать на нас все дворовые хищения не удался!
Джиму мы отдали ключи от своей рухнувшей в подвал квартиры со свисающим потолком, где прожили всю войну. Сказали:
- Мы помним добро твоей мамы. Помним короткую дружбу с тобой.
Разрешили ему забрать и продать нашу старую ванну и старую газовую плиту. Сами мы с ними не сладим. С юмором отметили:
-Это, конечно, не старинный книжный шкаф 1924 года, но на сигареты, хлеб и пиво тебе хватит!
Мы постарались разбудить остатки совести этого человека. Как показали события — совершенно зря!
Джим и Золина, опережая соседей-конкурентов, направились за «подарками».
