Чем живут в провинции? ну, конечно же, политикой! Мало кто понимает это, но, в конце концов, это так и есть, кто очень хорошо понимает. Так явился к нам, однажды, некий неизвестный человек и открыл транспортную контору (прикинулся беспартийным, общество хоругвеносцев...) и начал политику (трудящийся — покорение губернатора). На этой схеме вычертить всех наших купцов.
Никифор. Утки на пруду обмерзли, никто не решался их достать, испытали все средства. Вечером заметили из окна, что кто-то ползет по льду, передвигая перед собою жердь. Это был Никифор, удумал. Едва успели остановить, а то и погиб бы из-за холопства (Смердяков).
Монах. Коля, член государственной думы узнал, что Володя Киреевский его товарищ по гимназии, приехал с Афона в Петербург, и сделал ему визит. Так встретились монах и общественный деятель, два противоположные начала русской жизни.
-266-
Образование. Крестьянин сплошь теперь стремится к образованию: наша гимназия теперь переполнена детьми крестьян и мещан — большинство из этих образованных становятся интеллигентами и не возвращаются в лоно отчее.
Истощение: Земля наша производит чиновников и, не получая удобрения, истощается. «Удобрением» я называю просвещение народа.
Всепожирающая масса мужика — поглотила дворянина, купца, которого потянуло на крыжовник...
Хотел под окнами цветники, а пришлось лук.
Советуется, каких лошадей покупать: очень старых или очень молодых и если молодых, то двух или трех лет? когда война кончится?
Издевающийся дворянин: живет в городе, смеется над дешевым маслом и яйцами, над любовью к народу.
Народ стал теперь другой, это можно видеть по прислуге: помещичье народолюбие теперь невозможно, и если кто-нибудь делает (землю отдать) для мужика, то издали.
Бронзовый сад — помещик и овраг — мужик.
Мужики не земледельцы и мужик-кулак.
Афанасий — Автонас.
Дом помещика: дворянский бронзовый сад — потому что земля этих затрат не выдерживает... (два брата: разорился на усадьбе).
Имение все обнесено каменной стеной — дача, а остальное продано и пожрано.
Весна для хозяина начинается вскоре после Рождества: рабочих нанимать, лошадей покупать, коров — нельзя купить, зимнее хозяйство: собственное потребление, лук под окном.
Как долгая оттепель или начало весны, так у нас в провинциальном городе рыжим пузом вздувается середина улицы, и розвальни, раскатываясь, подшибают ноги идущим по тротуарам. В оттепель лучше идти посередине улицы.
Так идут двое навстречу, издали широко улыбаются, приветствуют, будто самые близкие люди — манера московская,
-267-
обманная, не верь купцам. Встречаются, захлебываются искусственной радостью, один через два слова говорит: «Бог-знать-что!», другой: «черт-е-что!»
— Дрова-то, дрова-то!
— Бог-знать-что!
— Мука-то, мука-то!
— Черт-е-что!
И сейчас же про политику, про новое назначение, про взяточничество и кумовство.
— Бог-знать-что!
— Черт-е-что!
Без политики тут, в провинции, ни на шаг. Но политика эта здесь, как ощущение, безответственное состояние, бездельное: на одной стороне «Бог-знать-что», на другой «черт-е-что». Оба эти купца, критикуя правительство, отлично наживаются, их политика просто бытие политического животного, в общем жизнерадостного и благополучного.
А на рыжей улице разбросаны еловые ветки, похоронно звучат колокола, вот там где-то показывается похоронная процессия.
— Черт-е-что!
— Бозна-что!
Оттепель — улица стала горбатая, вздулась, как рыжее пузо, розвальни скатываются и бьют прохожих по ногам.
Лошадь купить — какую?
После Крещения. Оттепель или начало весны? Для сельских хозяев после Крещения всегда начало весны, после Крещения уже начинаются заботы. Теперь мы вплотную задумались, как нам быть с лошадьми.
Требуха. Едят требуху сначала по нужде, вся купеческая жизнь складывается на этой требухе, потом купец мало-помалу богатеет и ест требуху реже, в богатых домах продолжают есть требуху уже по любви к ней, по каким-то воспоминаниям.
-268-
Ксения. Деньги — математика жизни и память ее. И Ксения — требуха и деньги — математика жизни. В ее философии главное — необходимость и точность.
Назначение Штюрмера. В банк приходит Бехтеев и говорит, шутя: «Как бы он в Елагинском дворце мебель не украл?», а Глушков (купец) принял всерьез, перекрестился: «Господи, да что же это такое!» Главное, что фамилия немецкая, а что он очень православный, так это тоже по-немецки: очень православным можно быть тоже по-немецки, может быть, как раз для поддержания истинного православия тоже немцев нужно пропустить.
Снежные поля, ухабы, раскаты, метели. Дорога в безлесной полосе: ночь окутает, и вдруг начинает казаться, что лошади бегут назад. Кошмар полей. Заспорил: лес это или нет? доехали — вот возьми свой лес. А вот настоящий лес — тронул, дерево упало — вехи стоят. Зайцы в метель — огромный показался так, что охотник от него бежать пустился (вышел на засидки в лунную ночь, но вдруг луна скрылась и все преобразилось, не определился)...
