Пойти в 15 ряд амфитеатра, на 16 место и привести оттуда девушку.
Пойти в 18 ряд амфитеатра, найти под ковром у 17 места записку, принести ее, подчеркнуть там слово "СССР".
Пойти в такой-то ряд, найти девушку на таком-то месте, взять у нее сумку, достать оттуда блокнот.
Пойти опять в партер, найти такого-то человека, вынуть у него из кармана очки и одеть их на такого-то. А этот в свою очередь должен был одеть из на третьего. Тут Мессинг запротестовал: "я не могу внушать товарищу, чтобы он одел очки на третьего!" Но задание он, следовательно, мысленно прочел.
Подойти к человеку у дверей, которого зовут Н.И. (Ник. Иванович директор клуба), снять с него шапку и одеть на такого-то.
С завязанными глазами проделать такой же номер: пойти, найти там-то человека, найти у него в кармане книжечку, расписаться на такой-то странице.
В заключение он предложил "сложный" номер. Он попросил у публики футляр от очков. Несколько раз обнюхал его, передал жюри. Потом ушел за кулисы вместе с секретаршей и добровольцами - караульными. Жюри должно было спрятать футляр, а он (на этот раз без руки, без непосредственного соприкосновения с индуктором) брался найти.
Ушел. Левка взял футляр, прошел в первый ряд, где сидел я, Зина и Аня Мержанова, и спрятал у нас под ковер. Мессинг вернулся. Левка стал рядом, смотря в сторону, чтобы не передать глазами, руки по швам. Тот повел его в партер, прошел мимо нас раз, два. Левка мысленно говорил - "не туда, обратно", "налево". Тот поворачивался. Лицо его было бледно, глаза полузакрыты, он шел пригнувшись, как будто принюхиваясь, дышал прерывисто и часто, как собака, идущая по следу. Время от времени он отрывисто и почти страдальчески кричал Левке: "Внушайте! Внушайте!", "Что же вы не приказываете!"
Вот он третий раз остановился около нас, резко поднял с места Аню, Зину, секунду поколебался, нагнулся и достал из-под ковра футляр.
Хват рассказывал мне о нем еще несколько дней назад. Он говорит, что ученые объясняют это какой-то сверхчеловеческой восприимчивостью, необъяснимой при наших современных познаниях. Сам Мессинг - психиатр, много работает над собой, называет эти концерты "научными экспериментами".
В "Труде" Сысоев предложил ему пойти в кабинет редактора, открыть левый ящик и достать строчкомер. Мессинг пошел, открыл ящик и остановился в нерешительности: он не знал, что такое строчкомер. Сысоев мысленно представил его себе, тогда он взял.
Горелик рассказал о разговоре с его секретаршей. Как-то она под дороге к нему зашла зачем-то к директору гостиницы. Он спросил: почему он опоздала? Она ответила, что задержалась в трамвае.
- Разве мне можно лгать? - усмехнулся Мессинг. - Вы были у директора гостиницы и разговаривали о том-то и о том-то.
Ее спросили: женат ли Мессинг?
- Какая же женщина сможет ужиться с таким мужем?! - резонно ответила секретарша.
- Вот бы Магиду такую способность! - с ужасом предположил Вавилов.
5 декабря.
В воскресенье, 2 декабря, мне домой позвонил нач. Политуправления Новиков (он остался за Папанина) и сообщил, что указ о награждении полярников подписан.
- С чем тебя поздравить? - спросил я.
- С орденом Ленина, - отвечал он. - А тебя - с Красной Звездой.
Итак - четвертый орден.
Вечером они прислали мне статью Папанина. Я ее выправил и сдал в набор. Дали на 5 колонок. Затем, около часу ночи, получили указы - включительно по орден Трудового Красного Знамени. Следовательно, сам себя не видел. Но вчера я подъехал в ГлавСевМорПуть, посмотрел списки. Иду по разделу Красной Звезды под № 29.
В редакции без особых изменений. Вчера ночью Сиротин сказал мне, что с 15 декабря будет шесть полос и тираж - 1.5 млн. экз. Значит: отпуск -ау!
Написал для "Огонька" беседу со Збарским - включил, как было эвакуировано тело Ленина. Они пошлют на визу Берии.
Вчера позвонил мне Рохлин - из шахматной секции Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта. Сообщил, что на международный турнир в Лондон едут от нас 5-7 шахматистов (декабрь - январь), в том числе Смыслов, Болеславский и еще кто-то.
- Не смогли бы и вы поехать с нами? - спросил он.
- Я бы смог и с удовольствием, но вряд ли мне удастся вырваться.
- А если мы поставим этот вопрос перед Романовым и перед редакцией - вы возражать не будете?
- Ради Бога.
Выборная компания до сих пор идет без группы. Все информацию о выдвижении в комиссии, о работе и проч. даем мы. Вот шалопаи!
По делу Магида есть решение КПК, утвержденное ЦК. Его заявление о барохольстве военкоров признаны неправильными и недобросовестными, предложено снять его с работы. Это и сделано неделю назад.
Начинаем брать на работу группу окончивших литфак МГУ.
10 декабря.
В прошлый понедельник в ЦК было совещание редакторов. Предложили две вещи: 1).поменьше пользоваться штампами и трафаретами, уменьшить количество превосходных степеней и высокопарных прилагательных (по сему поводу у нас сегодня напечатан обзор печати), 2). писать скромнее о наших достижениях, поменьше кричать о восторгах, памятуя, что народ перенес очень большие невзгоды и сейчас живет трудно. Давно пора!
