Дневники. 1984 полностью

14 января. Мало пишу, потому что занят устройством романа и кое-какой другой работой. Перед Новым годом был в Киеве с В.С. -видели «Марат-Сад» К.Вайля с Недашковской (она играла Шарлотту Корде).Новый год встречали дома, потом началась жуткая гонка с отъездом В. С. на кинофестиваль в Индию. Не давали визу, я позванивал в посольство и, слава Богу, в воскресенье, 13 января, она улетела.

Писал ли я, что новый роман взяли в «Московском вестнике»? Рукопись у меня лежит еще в «Октябре». В «Знамя» роман я не относил, но, может быть, только я и знаю, что со «Знаменем» я в ссоре.

Перед Новым годом, 26 декабря, сдал рукопись в издательство «Современник», но одновременно и в «Советский писатель». Относил фотографии и расширил аннотацию.

Вчера вечером был Дима Сучков, заезжал за своей рукописью. Пришел, как всегда, в легком пальтишке, шляпе и белом шарфе. Замерз. Покормил его, дал рюмку. В мойке оставалась еще посуда от моего обеда: «Помой, голубчик». Я представляю, сколько было у Димули внутренних мучений, он мужественно мусолил две испачканные тарелки. Сказал мне, что в своих мемуарах отметит. Интересные у нас в институте ребята. Так кому метить в мемуарах?

В «Московском литераторе» накануне Нового года, в № 52, появилась на меня пародия. А. Алексин, Лиля Беляева, Ю.Бондарев, Т.Глушкова Ю.Друнина, ан.Жуков, В.Калугин, Л.Корень, Ю.Кузнецов, А.Приставкин, А.Чаковский, Л.Щеглов и я. Так сказать, объекты славы.

Написал рецензию на книжку Н.Молевой, жены Белютина, для «Экрана и сцены».

Вечером звонил Боря Берман — все в порядке.

20 января. В 15-00 ходил на венчание Коли Георгиевского, моего внучатого племянника. Процедура произвела на меня огромное впечатление. К счастью, проводил венчание молодой и современный священник, делавший для молодежи понятным это таинство. Венчалось 5 пар, среди них и двое уже не самых молодых людей. Колечка был хорош, и в душе его происходили какие-то чистые и возвышенные процессы. Невесте, Наташе, я подарил белые каллы, а ему в конверте 1000 р. На свадебный пир в кафе не поехал.

Писал ли я, что перед поездкой в Иваново был на комиссии по культуре МК. Я внес два предложения: о проведении особого пленума горкома по современному искусству в Москве и о свободе совести для коммунистов.

Очень надеюсь, что Виталий, у которого кафедра в мединституте, поможет мне разобраться с моими недомоганиями. В Иванове у меня признали облитерирующий эндертерит. Плохие сосуды. Теперь необходима барокамера и куча лекарств.

Смотрел фильм «Повар, вор, его жена и любовник» Питера Гринуэя. Аллегория с сильным и интересным содержанием. В Москве идет фестиваль «Неизвестное европейское кино».

В прошлую среду выступил о вильнюсских событиях Невзоров. Единственный, кто смог противостоять всему телепсихозу.

21 января, понедельник. Сегодня объявили, что какой-то колхоз отказал Ю.Черниченко, народному депутату, в отчуждении 500 га земли под его фермерские идеи. Возникают новые помещики, они же депутаты. Весь день смотрю зарубежное кино: «Маргаритки» Хитиловой (ЧССР), «Один день Ивана Денисовича» (Норвегия»), «Не укради» (Польша), «Навострите ваши уши» (Великобритания) — писатели, подлинный и мнимый, заключенные, гомосексуалисты.

29 января, вторник. Вчера день провел на даче. У С.П. родился сын.

Решилось с «Казусом», я буду печатать его в «Московском вестнике» у В.И.Гусева.. «Знамя» для меня закрыто после моего выступления по «Взгляду». Для Володи Крупина с его «Москвой» я недостаточно православен, и «Казус» не в его духе. «Октябрь» все продолжает печатать Деникина, а потом найдут что-нибудь другое. Милая Назарова мямлит, на сколько номеров у них все спланировано. Пока «Октябрь» не решил, но, как бы ни решили, — поезд ушел, печатать у них не буду.

25 января. Был на пресс-конференции в СП. Кожинов, Рытхэу, Сидоров, Сильва Капутикян. Все кружилось вокруг одного и того же. Чудовищный эпизод, я все время живу под впечатлением рассказа Капутикян. Убили кого-то из мусульман, остался мальчишка-сын. Надо было вывозить гроб с телом, и вот стояли вокруг христиане, и никто не помог. Так где же христианское милосердие?

«Казус» прочел Ваня Панкеев. Написал мне уклончивую записочку. Какая удивительная боязнь высказать собственное мнение!

В душе презрение и гадливость к разрушителям, занимающимся политикой. В «Литературную Россию» отдал рецензию на роман Жени Коротких.