Все зависит от того, в самом ли деле Россия и Британия готовы к сотрудничеству, без
Все заранее рассуждают о том, какими скучными окажутся «свободные» русские. Пророчат, что они будут в точности похожи на русских «белых». Людям видится Сталин в маленьком магазинчике в Патни, продающий самовары и исполняющий кавказские танцы, и т. д., и т. д.
Нет реальных новостей о русско-немецкой кампании. Фантастические заявления с обеих сторон на протяжении всей недели о количестве уничтоженных вражеских танков и т. д. Все, во что можно реально верить, – это захват городов и т. д., а достижения немцев пока что не так велики. Они взяли Лемберг и, по-видимому, оккупировали Литву, утверждают также, что обошли Минск, хотя русские заявляют, что их продвижение остановлено. В любом случае прорыва не было. Все вновь сверхоптимистичны. «Немцы откусили больше, чем в силах прожевать. Если Гитлер на следующей неделе не прорвется, он покойник» и т. д., и т. д. Мало кто учитывает, что немцы – хорошие солдаты и не затеяли бы эту кампанию, не взвесив предварительно шансы. Более здравые оценки звучат так: «Если к октябрю русская армия все еще будет существовать и сражаться против Гитлера, он проиграет, скорее всего, этой же зимой». Непонятно, как трактовать решение русского правительства конфисковать все личные радиоприемники. Тут возможно несколько объяснений.
Ничего определенного о характере нашего альянса с СССР. Прошлым вечером все с большим интересом ждали, сыграют ли после государственных гимнов других союзников «Интернационал»{478}. Разумеется, ничего подобного не было. Однако прошло много времени, прежде чем к прочим гимнам был добавлен гимн Абиссинии. Им в итоге придется играть какую-то мелодию для обозначения СССР, но выбрать ее будет непростым делом.
Речь Сталина по радио – прямое возвращение к Народному фронту, защите рубежей демократии и, по сути, полная противоположность всему, что он и его последователи говорили в последние два года. Тем не менее это великолепная речь борца, точно в пандан Черчиллю, и дает ясно понять, что никакой компромисс не предвидится, по крайней мере в данный момент. Тем не менее определенные пассажи в этой речи, по-видимому, намекают, что рассматривается возможность крупного отступления. Британия и США упоминаются дружественно, более или менее как союзники{479}, хотя очевидно, что пока никакого формального союза не существует. Риббентроп и Ко именуются «людоедами», так их уже стала называть «Правда». Очевидно, основная причина причудливой фразеологии, какую мы часто видим в переводных русских речах, заключается в том, что русский язык обладает столь большим словарем уничижительных выражений, для которых нет английских эквивалентов.
Нет лучшего примера моральной и эмоциональной выхолощенности нашего времени, чем тот факт, что мы теперь все стали более или менее просталинскими. Этот омерзительный убийца временно на нашей стороне, и потому чистки и т. д. внезапно забыты. Так же и с Франко, Муссолини и т. д., если они в конце концов перейдут к нам. Единственное, что можно искренне сказать в пользу Сталина, так это то, что он, вероятно, лично искренен, чего нельзя сказать о его последователях, потому что его бесконечные смены курсов, по крайней мере, его собственное решение. Это тот случай, «когда отец поворачивается, мы все поворачиваемся»{480}, а отец, значит, поворачивается по наитию.
