БЕзопсам нет дела до новостей. Даже после того, как я взломал свой регуляторный модуль и получил доступ ко всевозможным каналам, особого внимания на них я не обращал. Отчасти из-за того, что, загружая чисто развлекательный контент, имел значительно меньше шансов заставить сработать маячки, которые могли быть установлены в спутниковых и станционных сетях — уровни защиты передач политических и экономических новостей были повыше, почти как у обмена закрытыми данными. Но в основном из-за того, что новости эти были скучны, и мне не было дела до того, что там люди вытворяют друг с другом, пока в мои задачи не входило: а) остановить это или б) прибираться после этого.
Дневники бота-убийцы-2
БЕзопсам нет дела до новостей. Даже после того, как я взломал свой регуляторный модуль и получил доступ ко всевозможным каналам, особого внимания на них я не обращал. Отчасти из-за того, что, загружая чисто развлекательный контент, имел значительно меньше шансов заставить сработать маячки, которые могли быть установлены в спутниковых и станционных сетях — уровни защиты передач политических и экономических новостей были повыше, почти как у обмена закрытыми данными. Но в основном из-за того, что новости эти были скучны, и мне не было дела до того, что там люди вытворяют друг с другом, пока в мои задачи не входило: а) остановить это или б) прибираться после этого.
Но, когда я пересекал торговый центр транзитного кольца, в воздухе висел последний выпуск новостей со Станции, в котором один за другим сменялись общественные каналы. Я фиксировал их, сохраняя выжимку, но больше внимания уделял тому, чтобы, пробираясь сквозь толпу, выглядеть обычным человеком с расширенными возможностями, а не ужасающим ботом-убийцей. Среди прочего, это подразумевало не ударяться в панику, когда кто-то случайно встречался со мной взглядом.
К счастью, люди и расширенные были слишком заняты, направляясь по своим делам или роясь на каналах в поисках нужных им направлений или расписаний движения транспорта. Вместе с управляемым ботом транспортом, на котором я добрался попутчиком, через червоточину прибыло еще три пассажирских транспорта, и большой торговый центр между зонами посадки был забит толпой. Помимо людей тут были еще и боты всевозможных форм и расцветок, реющие над головой дроны, и грузы, перемещающиеся по расположенным вверху транспортерам. Дроны не станут искать БЕзопсов без специальных указаний, и пока что меня никто не пытался запинговать, отчего я испытывал немалое облегчение.
Хотя меня и исключили из инвентаря компании, но это все еще была территория корпораций, а я все еще был собственностью.
Мне казалось, что пока что все складывалось более чем хорошо, учитывая, что это было лишь второе мое транзитное кольцо. БЕзопсов по заключенным контрактам всегда отправляли как груз, и нам не приходилось самим проходить через те части станций или транзитных колец, которые были предназначены для людей. Броню мне пришлось оставить в центре развертывания на Станции, но в толпе я был так же безлик, как будто она все еще была на мне. (Да, именно это мне приходилось все время себе повторять.) Я был одет в серую с черным рабочую одежду. Футболка, куртка с длинными рукавами, брюки и ботинки скрывали все мои неорганические части, а еще за спиной у меня болтался рюкзак. В пестрой толпе разнообразных одежд, причесок, цветов кожи и интерфейсов я не бросался в глаза. И, хотя разъем порта передачи данных на моей шее был хорошо виден, он настолько мало отличался от тех, что устанавливали себе люди с расширенными возможностями, что едва ли мог вызвать хоть малейшие подозрения. Кроме того, никому даже в голову не придет, что бот-убийца будет разгуливать по торговому центру, словно обычный человек.
А затем, в выжимке новостей я наткнулся на изображение. Свое изображение.
Я не остановился только потому, что хорошо натренировался физически не реагировать на что-то, что не несло непосредственной угрозы, каким бы шокирующим или ужасающим оно не было. Я, возможно, на секунду утратил контроль за выражением своего лица — я слишком привык носить шлем и держать его непрозрачным всегда, когда это было возможно.
Я миновал большой сводчатый проход, который вел к нескольким стойкам, где продавали различную еду, и остановился у входа в небольшой деловой район. Любой, кто видел меня, предположил бы, что я просматриваю их сайты в поисках нужной мне информации.
На снимке из новостного пакета был я, стоящий в вестибюле станционного отеля с Пинь-Ли и Раттхи. В центре внимания была Пинь-Ли с ее решительным выражением лица, раздраженным изгибом бровей и строго деловой одеждой. Раттхи и я, в серой исследовательской форме «ПрезервейшнОукс», терялись на заднем плане. В тегах к изображению я значился как «телохранитель», но, запуская сюжет, был готов к худшему.
