Лиля стала рассматривать девчонок. Ту, которая привела её сюда, звали Катей. "Котёнок" – так постоянно называл её Кныш, но она только отмахивалась и отталкивала его от себя, если он очень уж надоедал. У девочки были большие карие глаза, красивая улыбка и длинные каштановые волосы. А вот другие девочки были не столь милы…
Рядом с Лилей сидела черноволосая Регина. Она очень много курила, и дым от её сигарет постоянно летел Лильке в лицо. Лиле она сразу не понравилась, и хотя она была красива восточной красотой, из-за слишком подчеркнутых глаз и губ и всевозможных татуировок выглядела весьма вульгарно.
Внешность третьей девочки, Маши, тоже была незаурядна. Лицо её было совсем простое, яркости ей придавали пышные белые волосы, густые ресницы, и яркий макияж.
– А ты что ничего не ешь? – вдруг обратилась эта девочка к Лиле. – Да у неё тарелка пустая! Вы что, не можете гостье еды положить?
– А что она сидит как курица? – тут же съязвила Регина. – Нет у неё еды, так пусть скажет. В большой семье клювом не щёлкают!
Хорошо, хоть другие ребята были более гостеприимны, и скоро Лиля совсем забыла о них и об их разговорах – голод не тётка, и все её мысли были полностью поглощены едой.
Обычно она питалась в школьной столовой. А вечером давали ей гречку или макароны, изредка добавляя рыбных или мясных консервов. При этом не забывали обзывать её нахлебницей и объяснять, что только на такую скудную еду хватает денег, которые ей выделяет государство. В такие моменты Лиля была очень благодарна государству за консервы, ведь когда их не было, она съедала пустую гречку со слезами… Теперь же перед ней стояла целая тарелка вкуснейшей картошки с курицей, а салат напомнил ей новый год, который они встречали с папой в их уютной квартирке…
После еды Лиля осмелела. Она рассказала немного о себе, ответила на вопросы ребят, и даже немного поспорила с ними о жизни.
– Так ты удрала из дома из-за того, что они тебя бьют?
– Да, удрала… Вчера Владка меня пнула два раза, один раз по ноге, другой по животу.
– А ты ей сдачи-то дала?
– Зачем? Я же девочка! Я не должна драться… я только плакала.
– Ой, ты прям папина дочка…"Принцесса"! слушать противно. Не сможешь за себя постоять – так и будут все тебя лупить.
– Всё правильно! Она должна быть девочкой.
– Девочкой! А не тряпкой половой.
– Она ещё ребёнок!
– Ну и что? Характер с детства закладывается!
Скоро разговор зашёл совсем в другое русло. Регина начала орать, что все мужики козлы, Кныш стал было защищаться, а Лёше вообще надоело их слушать и он взял гитару и ушёл на диван, подозвав к себе и Лильку.
– Принцесса, говоришь? – спросил он, перебирая струны гитары.
Песня была совсем взрослая… про любовь. Слушая его, Лиля не знала, куда прятать глаза. В ней рассказывалось о девушке, в которую был влюблён какой-то парень. Она была совсем обычной девчонкой, но для него она была самой настоящей принцессой.
Голос у Лёши был красивый, да и сам он был очень даже ничего, этого Лиля не могла не отметить. Черноволосый, загорелый, с блестящими карими глазами. И причёска у него была интересная – на висках были выбриты узоры и полоски. Но особенно ей нравился его взгляд, в нем было столько силы, столько власти, и ей, конечно, было очень лестно, что такой красивый и взрослый парень уделил ей столько времени и даже спел ей такую песню. Но чем больше она слушала, тем больше погружалась в воспоминания, ведь принцессой звал её только ПАПА…
Она вспомнила их тихие семейные вечера, его заботу, его болезнь и бессонные ночи, и конечно все эти воспоминания вызвали слёзы.
Скоро все ребята разошлись, забыв про свою гостью, а Лиля долго сидела, надувшись и сердясь на саму себя. Она стеснялась своих слёз, таких ненужных, таких неподходящих в тот момент. А ведь человек просто хотел её утешить, поддержать, а она взяла и всё испортила. Правда, он наверно понял и ушёл… наверно подумав, что она какая-то ненормальная…
«Рёва-корова», – в сердцах отругала себя девочка. В глубине души она надеялась, что он ещё заглянет к ней, и она ему всё объяснит… но вместо него к ней заглянула Катя.
В огромное окно светила полная луна, блестели звёзды, деревья тихо колыхались и отбрасывали на стены причудливые тени. Лиля, не раздеваясь, завернулась в плед, который принесла ей девушка, и положила голову на подушку. Хотелось спать, но в то же время ей было страшновато в чужом доме. И ещё хотелось, чтобы кто-нибудь посидел с ней…
– Кать, а кто из вас троих Лёшина девушка? – тихо спросила Лиля, видя, что та собралась уходить.
– Никто, – ответила Катька, – у него нет девушки. Мы просто друзья, а Маша девушка его брата. Просто девушка, а ведёт себя здесь, как будто жена. Она на дизайнера учится, уже весь дом нам в музей превратила, а счастья и покоя в нём всё равно нет.
– Ну и шли бы к себе, раз покоя нет, – осмелилась посоветовать Лиля.
