— Представь, что разум — это стена, иди вдоль неё и найди слабое место, — шептал на ухо Эван. Я закрыла глаза, звук его голоса помогал мне как ничто другое, к тому же я искренне хотела увидеть что же там происходит…
Итак, я шла в тёмном пространстве, потом я представила себе что нахожусь в разуме одного их членов совета, того, на кого напал Филипп, он мне показался самым уязвимым. Я шла вдоль стены, а за ней я чувствовала поток эмоций и мыслей, кажется, ритуал уже набирал оборот. Наконец, я нашла нужное слабое место и буквально ворвалась в него. Меня сразу же закрутило в поток мыслей и было трудно добраться до того отдела, где концентрировалась информация поступающего из вне. Тем более где-то на задворках собственного сознания, я ощущала присутствие Эвана. Я постаралась направить энергию своих чувств на поддержку сил.
Наконец, я всё-таки достигла нужного отдела и мне в глаза ударил яркий свет, когда всё нормализовалось я увидела большое помещение чем-то напоминающего тот зал, где находилось моё тело в данный момент. Только это помещение было очень ярко освещено, поэтому мне сразу бросилось в глаза одеяние всех присутствующих — чёрные балахоны с капюшонами.
А потом я увидела то, что так хотела увидеть…В центре комнаты стояло два больших каменных стола. На одном из них стоял большой каменный ящик. Напоминающий мне гроб. Я с ужасом поняла, что это скорее всего останки Эдварда Келтаса. А на другом столе неподвижно лежал Эндорсон, на его лбу был нарисован какой-то замысловатый знак, на гробу был тот же знак. В промежутке между столами с огромной старой книгой в руке стояла Дана, я видела, а точнее мужчина в голове которого я сидела видел, что её губы шевелятся, но ничего не слышал, а значит не слышала и я. Она просто нашёптывала. Так продолжалось несколько минут, пока всю комнату не озарила яркая вспышка. От неожиданности меня чуть было не выкинуло из головы мужчины, но я смогла уцепиться за его сознание…
И когда он наконец смог что-то разглядеть, то я увидела Эндорсона с открытыми глазами…Но это были не его глаза, они стали голубого цвета, теперь они словно принадлежали Эдварду Келтасу…Теперь это был он. Я начала задыхаться…Хотя нет, тот мужчина стал задыхаться, но всё ещё не сводил глаз с Эндорсона. Он очень сильно изменился, хотя тело оставалось прежним. Взгляд был озадаченным, обеспокоенным. Медленно Эндорсон, то есть Эдвард, поднял перед собой руку и удивлённо взглянул на неё. Потом этой же рукой коснулся лица и его глаза удивлённо распахнулись. Затем он резко поднялся и осмотрелся по сторонам. Меня передёрнуло.
— О! Великий Эдвард Келтас! Ты теперь снова жив. Твоя душа находится в теле твоего верного подданного и соратника! Клан собирателей вернул тебя, потому что восстал твой брат Филипп, самим нам никак не справится, прости что потревожили твой покой, но мы просим поверить нам! — голос у Даны был молящим, я почувствовала, что она использует каплю своей силы. Она очень рисковала влияя на Эдварда.
— Какой сейчас век? — тихо и хрипло спросил голос Эндорсона, но он казался другим. Эдвард взялся за горло, чувствуя, что это не его голос.
— Двадцать первый, о Великий! — Дана слегка поклонилась. Глаза Эдварда удивлённо расширились.
— Я удивлён, что мой брат смог терпеть столь долго…Клетка вероятно была прочнее, чем мы с Александром думали, — рассуждал он. Кажется, опыт и возраст давали о себе знать. Неожиданно Эдвард посмотрел Дане прямо в глаза.
— Прошу вас проявить уважение и не использовать относительно меня свою способность, — его глаза прищурились. Затем Эдвард со звуком втянул в себя воздух и прикрыл глаза. Так он провёл несколько минут, а мне уже было очень трудно удерживаться в голове мужчины.
— Да, я чувствую что он жив, — прошептал Эдвард. Затем его глаза распахнулись и посмотрели прямо в мои глаза, именно в мои, а не в глаза того мужчины. И я выскочила из его сознания как пуля, я буквально втиснулась в свой разум, устроилась в нём и открыла глаза. На меня смотрел обеспокоенный Эван.
— Его вернули, — прошептала я. — И у меня такое ощущение, что он обладает куда большей силой чем мы все думали, — прошептала я, и когда Эван хотел мне ответить, массивные двери стали постепенно открываться.
Миру явился Эдвард Келтас в теле Эндорсона.
Мне даже не потребовалось читать мысли. Чтобы понять — все были сражены. Пусть перед нами вроде бы стоял Эндорсон, но от него шла такая мощная энергетика, что все чувствовали огромную, древнюю силу. Я опасалась, что Эдвард может вычислить меня, но его голубые глаза постоянно бегали по залу, словно он старался привыкнуть к мысли, что жив. Я чувствовала невольный трепет, глядя на него, но вместе с тем меня преследовала и боль от того, что Эндорсон покинул нас…пускай и на время, лучшем случае. Вдруг Эдвард попусту решит остаться в теле Энда?
Все замерли в молчании.
