«Дорогой Марк! Прежде, о работе почты. Каждый раз, как ты возмущаешься потерей ею твоих писем или длительной доставкой моих, удивляюсь и посмеиваюсь: «почему мои не теряются, но идут долго; твои же часто теряются, а если не теряются, то идут быстро?». Так и нынче, ты сообщаешь, мое шло больше месяца, а твое простое от 06.07 доставлено 14.07, через неделю.
Но несравнимо сильнее удивился другому – твоему (какой уже раз?) напоминанию о почти магическом «пересечении наших судеб». Ведь описанный эпизод с древнейшим «раздраем пакета сутунок на ВИЗе» является прямым следствием, будто специально на то для тебя, придуманной мною на подсознательном уровне неправильной адресации к Сонину. На самом деле упомянутым мною правильщиком был днепропетровец Семененко. С ним я никогда не встречался, и потому, вероятно, при разговоре с Сониным – писателем, подсознательно заменил Фамилию Семененко ассоциативно мощнее закрепившимся в памяти именем Сонина – внииметмашевца, о котором не только слышал, но и был знаком лично.
Ладно бы только это? Лет пять спустя после твоей «листовой эпопеи», по просьбе начальника сутуночного цеха, близкого приятеля Б. Сомова, я имел удовольствие постоять у той допотопной клети, и поразмышлять о механизации названной операции. Чего-то затем даже порисовал. Пока этот начальник, во время очередной совместной помойки в их визовской бане, не уведомил нас, что проблема «раздрая» с повестки дня снимается по причине… ликвидации вообще сутуночного производства и строительства на ВИЗе нового ЦХП. Тем все и кончилось. Как у тебя!
А вот еще из тех же необычных у нас с тобой совпадений. Вспомни пятилетней (как быстро течет время!) давности переписку по трубе, в связи с обращением к Росселю о строительстве на НТМК цеха для производства одношовных труб. Ты тогда, высказавшись сперва за одношовный вариант, после моих аргументированных возражений, неожиданно (чему я был удивлен, и написал тебе о том, но ответа не получил), без каких-либо дополнительных пояснений, поддержал мое предложение в варианте изготовления двухшовных труб. Единственное, что я нашел тогда в ответе и что можно было как-то увязать с таковой поддержкой, так это твое упоминание о возможности повышения качества труб путем «механического упрочнения их сварных швов».
Далее я привел выдержку из моих записей от 30.05 о фирме «Машпром», и продолжил.
«Прошло еще недели две, и при встрече с Колтышевым я получаю предложение посмотреть… рабочий проект оборудования локальной термомеханической обработки сварных швов труб (ЛТМО) для стана 1220 ЧТПЗ, выполненный ими по контракту с последним. Я поразился таким мне «бумерангом».
Оказывается, за пять прошедших лет челябинцы сделали опытную установку для твоей обработки швов на своих трубах, провели ее, и, как написали в отчете, получили трубы «наивысочайшего качества, не сравнимого ни с какими другими трубами, включая одношовные». А сейчас намечают построить линию для промышленной обработки всех труб стана 1220.
К сожалению, проект, который выполнил Машпром, не лишен недостатков. Я по нему написал 10 листов замечаний и на днях передал для рассмотрения Колтышеву. Жду реакции.
А теперь несколько слов о твоих «переживаниях» по случаю выхода в большой «отпуск», коль так тебе хочется. Не переживай, все образуется, было бы здоровье.
Возраст, конечно, штука весьма не радостная, которая изменяет в нас все, включая и наше мировосприятие. Все, с чем сталкиваемся, что видим и ощущаем, оказывается давно известным, многократно проигранным, а все новое, неизвестное, почему-то не вызывает ни интереса, ни элементарного любопытства. Ни от того ли желание уйти в старые воспоминания «серьезного» содержания? Вот почему у тебя волнения от Тургенева. А у меня, вдобавок, еще от мемуарной литературы. Ильфовского и петровскоого зубоскальства я потому тоже не воспринимаю теперь. А вот про их Америку – могу читать с удовольствием. Не воспринимаю ничего из писательски надуманного, во многом подтасованного ни в новых романах, ни в повестях.
В остальном пока живу, можно сказать, почти полноценной жизнью и стараюсь не думать о «трагическом», по крайней мере, пытаюсь воспринимать его с чисто философских позиций, как следствие естественного течения жизни.
Бывай здоров. Всем твоим привет
P. S.
1. ЛТМО, на всякий случай, – это двухсторонняя прокатка шва с нагрева ТВЧ, подогрев и закалка шва и околошовных зон общей шириной 80 – 90 мм, снова нагрев и отпуск.
2. Прочитал Успенского «Тайный советник Вождя», Суворова «Очищение», и несколько книг Олега Платонова из серии «Заговор против России» о сталинской эпохе и ее «героях» – почти как у меня, только еще жестче, злее, откровеннее, а порой и «влюбленнее» в Сталина и его деяния. Но…все равно, кажется, с неустранимой среди писателей, однобокостью».
30.07
«Дорогой Матус! Рад приветствовать тебя.
