Совершеннейший контраст с огромной массой писаных «трудов», мной критикуемых на страницах этих Записей.
31.12
Днем зашел Андрей, вручил матери коробку конфет, а мне бутылку с каким-то лечебным напитком, и поздравил нас с наступающим Новым годом. Посидел с нами час, и отправился, вероятно, к своей новой избраннице.
Встречу Нового года не люблю, как не люблю и не любил празднование всех остальных «дней». Думаю, это связано с процедурой некоего ожидания, а всякое ожидание, исключая мною когда-то отмеченное, есть потеря драгоценного времени. Оно претит моему принципу – жить с удовольствием каждую минуту, а потому вне ожидания. Мне больше всегда нравились по жизни экспромтные мероприятия, под настроение и без нудной к ним подготовки.
2007 год
01.01
Для проверки послал Л. Кощееву следующую записку.
«Уважаемый Лев Леонидович! После Вашей публикации в газете «Уральский рабочий» за 28.12.06 года извинительной заметки мне хотелось бы забыть происшедшее недоразумение и восстановить, если Вы не возражаете, между нами добрые деловые отношения.
С Новым годом Вас, предстоящим юбилеем Газеты и с наилучшими во всем пожеланиями!».
Будет ли реакция, и какая?
07.01
«Дорогой Илья! Прочитал «Прикладную математику». Не могу не поделиться своими впечатлениями и некоторыми соображениями.
На фоне массы современных (особо лет горбачевского и сегодняшнего капиталистического периода) писателей, произведения которых попадались мне в руки, ваша книга, в сравнении с их несусветной алогичностью, непоследовательностью и благостно-бесполезной словоблудливостью, – есть просто гимн логике, корректности, системности и, одновременно, нестандартности человеческого мышления. Я получил от нее большое удовольствие, но…, кажется, не без своего собственного эгоистического восприятия.
Читая ее, не мог не вспомнить свой краткий трактат на аналогичную тему, приведенный в моих «Заметках конструктора». Перелистал его, и установил, что и у меня совсем неплохо написано, и практически в аналогичном духе. Более того, я отметил чуть не полное у нас совпадение всех используемых ключевых слов и фраз, наше одинаковое к ним отношение. «Оптимальное решение задачи, анализ, причинно-следственные связи, разумная новизна, полезный результат, здравый смысл, интуиция, объективность, компромиссность, рациональность, логичность, нестандартность мышления, его инертность…». И все такое же, и в том же смысле их применения, нахожу у себя и у вас. Масса одинаковых у нас констатаций, заключений и выводов по сходным обстоятельствам.
В чем же разница?
У меня кратко, но достаточно, чтобы мыслящего инженера, при подходящих его способностях, обратить в мою веру. У вас длинно и явно излишне, чтоб достичь того же.
У меня – главный упор на здравый смысл, интуицию, нестандартность, знания и опыт. У вас – фактически то же, но с излишней подчеркнутостью, как мне кажется, значения прикладной математики. Хотя из собственного опыта знаю, что определяли движение к заветным целям, формулировали постановку новых задач и давали правильную оценку результатам люди, вооруженные именно названными мною категориям, а отнюдь не безупречным знанием прикладной математики.
Наконец, у меня написано больше для требуемой подвижки именно этой последней категории людей, а у вас применительно к подготовке, больше, прикладников – исполнителей. Хотя я, естественно, признаю для обеих групп полезность как системного обучения, так и воспитания подобными «стимулирующими» трудами.
Надо иметь в виду, с тобой недавно обсуждавшееся, что движение вперед определяется очень малым процентом людей, наделенных в совокупности всеми необходимыми качествами. Отличное знание математики, конечно, специалисту не вредит, но и отсутствие его, в требуемом объеме, легко блокируется привлечением к работе соответствующих прикладников, отлично данными знаниями владеющими.
Посмотри, Илья, может что-нибудь можно у меня взять полезного для Вашего очередного издания?
P. S. В порядке разрядки.
1. К рассказу, помещенному у Вас на стр. 292.
Другая, более подробная, версия этого рассказа, взятого из интернета, несколько отредактированного и снабженного моими дополнительными к нему комментариями.
Сэр Эрнест Рутерфорд, президент Королевской Академии и лауреат Нобелевской премии по физике, на тему нестандартного мышления рассказывал следующую историю.
«Некоторое время назад один коллега – преподаватель обратился ко мне за помощью. Он собрался было на экзамене поставить самую низкую оценку по физике одному из своих студентов. Но тот возразил, утверждая, что заслуживает высшего балла. Обменявшись доводами, оба согласились положиться на суждение третьего лица, незаинтересованного арбитра. Выбор пал на меня.
Экзаменационный вопрос гласил: «Объясните, каким образом можно измерить высоту здания с помощью барометра».
Ответ студента оказался неожиданным: «Нужно подняться с барометром на крышу здания, спустить барометр вниз на длинной веревке, а затем втянуть его обратно и измерить длину веревки, которая и покажет точную высоту здания».
