«Матус! Получил твое письмо – ответ на мое, как ты подметил, «упражнение» из области, заслуживающей внимание», но как всегда не верно тобой представленному, т. е. не в том виде, как оно приведено у меня, и совсем с другим не моим акцентом, а именно не в виде утверждения, а в виде вопроса и с дополнительным словом «нечто», в корне меняющим смысл твоего. Сравни. Только «нечто», а не все – и в другом плане.
Ты, как всегда, акцентируешь внимание на негативе тобой рассматриваемого, да еще и с добавкой такого же вида (уже сверх автора), собственного «изобретения», домыслов. Это, подчеркиваю, твой постоянный недостаток – думания за автора не в позитивном, а почему-то, и чуть не обязательно, в негативном плане.
Я же авторское, может, не совсем угодное, использую, как импульс для размышлений на, мне импонирующее. как бы в рамках проекта, в котором от автора только главная идея, в данном случае, – создания Вашего государства на востоке страны, вне мерзостного окружения, с которым вам пришлось бороться и тратить силы и огромные материальные ресурсы, фактически на протяжении всех лет существования.
Привет тебе и добрые всем пожелания».
«Мы с Беллой благодарим тебя за искреннюю заботу о судьбе евреев, о чём ты написал в последнем письме. Мы примерно так и предполагали, получив от тебя статью, касающуюся этой темы.
Что, не будучи согласным полностью со статьёй, ты заинтересовался нашим мнением, не оговаривая предпочтительность того или иного аспекта, затронутого в статье. Теперь ты знаешь это мнение во всех ипостасях и можешь им воспользоваться по собственному усмотрению.
Поэтому я не жалею, что написал именно то и так, как написал. И прости, если моя откровенность вызвала с твоей стороны неадекватную реакцию. Я не мог поступить иначе, ибо тема болезненна в мировом масштабе, и я перед собственной совестью не имел права оставлять безответными кардинальные составляющие проблемы в целом.
Внимательно прочти начальный абзац моего письма, в котором эта мысль является определяющей.
Если для формирования собственного мнения у тебя возникли или возникнут конкретные вопросы, готов всегда высказать и разъяснить свою позицию. Спора и морализации здесь быть не может – только обмен мнениями.
Будь здоров и с оптимизмом используй дарованное Богом время».
«С великой благодарностью за твое последнее. Именно за ожидаемый подобный его деловой настрой.
А вот твоих реверансов по поводу извинений за «откровенность» и возможную на нее «неадекватную реакцию» – не принимаю. Ты ведь прекрасно знаешь, что я никогда и ни на кого, а тем более на тебя, не обижался за отличное от моего мнение по любой проблеме. Пиши, как я всегда призывал, хоть что с полной уверенностью, что оно будет достойно принято и по нему будут сделаны мои оценки.
Еще раз благодарю тебя за доброе письмо».
«Матус! Давно не писал, так что извини, если в чем-нибудь повторюсь.
Вчера закончил, без определенного, по времени, нового назначения на прием, хождения по врачам в связи со своей болячкой, которая признана теперь вроде как предвестником инсульта. Легкой его формы, но чтобы она не превратилась в тяжелую надо, сказали, заниматься профилактикой для, как я понял, организации приемлемой, по возрасту, подачи крови к голове. Прописали лекарство «Витрум мемори» и комплекс упражнений в области шейного отдела, ответственного за питание головного мозга. Чувствую себя сейчас неплохо, но все больше и больше теряю дискретную память при, можно сказать, отличном даже, сохранении логического мышления.
Например, не испытывал недавно никакой ущербности во время консультации наших оставшихся конструкторов по поводу разработки проекта новых ножниц для одного чешского стана. Все помнил, что надо и как надо. Пару дней назад встречался с новым Генеральным директором завода Шараповым, и тоже без своей ущербности в полемике, кроме разве упоминания разных фамилий. Но и он, мой визави Александр Юрьевич, при своих около 60-ти годах, не обошелся без того, чтобы раза два – три не ввернуть известное: «Как его…, забыл». Видимо, это дефект всех пожилых людей, по крайней мере, тех с кем я последнее время общаюсь. И, кажется, прогрессирующий с возрастом чуть не у всех.
30.12
Я долго тянул с этой записью из-за большого числа весьма значимых событий, так что заканчиваю ее уже в марте 2014 года. Три последних месяца пребывал как бы в состоянии подведения итогов всего произошедшего за пятнадцать с лишним лет моей пенсионерской жизни, начиная с домашних чисто бытовых дел и кончая потрясениями чуть не мирового масштаба,
Здесь в дополнение к отмеченному мною в записи от 15.12 следует остановиться дополнительно на событиях в Украине, особо примечательных тем, что они полностью укладываются в схему моих прогностических предвидений действительности, некоей двойственности мира и практически неизменяемой повторяемости всего в нем происходящего. В том числе демагогической болтовни политиков по объяснению нам причин и следствий выше упомянутых и всех прочих перестроений
