— Ладно, ложись. Да не лицом! Спиной. Тьфу, хрен редьки не слаще. Давай одеяло.
Когда Эйлин пригрелась, Ниваль поднял голову и строго сказал:
— И не вздумай шевелиться. И вообще, поняла?
Чувствовалось, что он нервничает, аж дар речи ему отказал.
— Угу, — кивнула довольная Эйлин, — можешь свое «вообще» засунуть…
— Спокойной ночи! — Проревел Ниваль ей в самое ухо. — Чтоб спала, как убитая!
Эйлин улыбнулась и закрыла глаза.
— Конечно, Ниваль. В твоих объятиях я буду спать, как младенец. — И, помолчав немного, сонно добавила: — Спокойной ночи, солнышко.
Ниваль вздохнул. Солнышко. Так его звали давным-давно. Когда он даже не мечтал стать вообще рыцарем, а тем более рыцарем далекого северного Невервинтера и начальником Девятки, а был обычным чумазым пацаненком с окраины Уодердипа с необычными золотистыми вихрами. А теперь и эта маленькая зараза его так назвала. И правда, стало теплее. Только неудобно, руку некуда деть. Решив, что хуже уже не будет, Ниваль обнял Эйлин. Прислушавшись к ее дыханию, он успокоился. Слава богу, спит, а то вообразит невесть что.
В сумраке ритуальной комнаты при храме было тихо и пахло миррой. Касавир полусидел на небольшом столике, скрестив руки, и наблюдал, как Иварр закрывает стеклянный саркофаг, в котором покоился Меч Покалеченного Бога — его самая ценная реликвия — и вытирает пыль с крышки.
— Собственно, я уже все решил, — нарушил молчание Касавир.
Иварр буркнул через плечо:
— Не сомневаюсь.
Закончив свое занятие и повернувшись к нему, он заметил:
— Вопрос в том, куда ты собрался идти. Мир велик.
— Знаю, Иварр, — со вздохом сказал Касавир, — и зацепка у меня только одна, весьма ненадежная. Но это лучше, чем сидеть и ждать.
Голос паладина стал глухим, а взгляд жестким.
— Как представлю, что она где-то подвергается опасности, и рядом с ней этот…
— Ну, ну, — Иварр подошел к Касавиру и похлопал его по плечу, — он ведь воевал с вами в Мерделейне. И вы многим ему обязаны.
Касавир фыркнул.
— Он неплохой воин, и всегда им был. Но от этого он не перестает быть тем, кто он есть. Говорят, пока я болел, прилетал Грейсон и устроил тут целое светопреставление. Чуть ли не облазил всю крепость, полагая, что начальника Девятки похитили и держат связанным в подвале. Я бы его…
Так и не сказав, что он сделал бы с Нивалем, Касавир посмотрел на Иварра взглядом, не оставляющим сомнений в том, что, окажись начальник Девятки здесь, ему бы не поздоровилось.
Иварр пожал плечами.
— Что ж тут удивительного? Они ведь друзья.
«Ага, друзья…»
— И все же, куда ты пойдешь? — Повторил Иварр свой вопрос.
— Гробнар утверждает, что, по легенде, этот Талиесин жил где-то в небольшой долине у подножия Хребта Мира, восточнее Мирабарских шахт. По его мнению, это наиболее вероятное место, куда их могло забросить.
— М-да, — Иварр покачал головой, — это далеко на северо-востоке. Путь неблизкий. И опасный.
— Именно поэтому я должен туда отправиться, — твердо сказал Касавир.
— Надеюсь, ты пойдешь не один?
— Со мной уже вызвался идти кое-кто. Отказать я не могу. Эйлин нам всем дорога.
Иварр усмехнулся.
— И, конечно, это маленькое надоедливое создание в первых рядах?
— Угу, — хмуро ответил Касавир.
— Сочувствую. — Иварр помолчал. — Ну что ж, все, что понадобится тебе в дороге, включая мое благословение, я дам.
— Спасибо, Иварр. — Касавир встал со стола. — Жаль оставлять тебя, когда у тебя столько дел в лазарете.
Святой отец махнул рукой.
— Ничего, справлюсь. Сэнд, твоими стараниями, не сегодня-завтра встанет на ноги. А Кара… поддерживать ее существование я могу сколь угодно долго. Очень рассчитываю на Сэнда. — Иварр погладил бороду и взглянул на Касавира. — Подруга Келгара меня беспокоит.
— А что с ней не так?
— Не будь наивным, — сказал Иварр вздохнув. — Ситуация очень необычна. Я видел, какими рождаются дети дворфов, когда жил в Сундабаре. Боюсь, друидка, с ее примитивными методами, не справится.
— Значит, расслабиться тебе в ближайшее время не придется. — Касавир улыбнулся и оглядел крепкую приземистую фигуру своего наставника, который, чтобы не стоять без дела, принялся менять масло в ритуальных чашах. — А хорошо было в Невервинтере. Знай себе, проводи ритуалы, даруй благословения да принимай исповеди.
Иварр поморщился.
— После наших-то с тобой походов? Скука смертная. Когда ты ушел в ущелье орков, я даже завидовал тебе, хоть и не ожидал увидеть живым. Я бы и сейчас с тобой пошел.
Касавир рассмеялся и похлопал Иварра по плечу.
— Когда же ты угомонишься, старик?
Иварр ворчливо произнес, наливая масло в последнюю чашу:
— Когда, когда… А вот когда Тир сам пошлет мне весточку: мол, хватит, напрыгался. Тогда и успокоюсь навсегда.
— Ну, значит, не скоро, — заключил Касавир. — И все же, я тебя подменю сегодня у Сэнда.
