– Прости, что так долго не звонил. Имани сегодня так разыгралась.
– Всё в порядке.
– Ты уже в постели? Я тебя разбудил? – спрашивает он.
– В постели, но я не спала.
Он умолкает. Ждет, когда я начну, но я не знаю, как. Я тренировалась про себя, но теперь, когда он на линии, я колеблюсь.
– Картер, – говорю я. Это тяжелое начало – его имя. Кажется, я не произносила его несколько дней.
– Да, Куинн?
Я делаю глубокий вдох.
– Расскажи мне. Ты собирался сделать домашнее задание по истории. Открыл последний раздел дневника и увидел список «Если бы я могла поцеловать кого угодно». Что дальше?
– Я понял, что это твой дневник, а не мой. Но не смог удержаться и прочитал весь список. И увидел свое имя внизу. – Он делает глубокий вдох, проговаривая на выдохе: – Я начал листать страницы в поисках своего имени. В тот момент я не понимал, что делаю.
– Тогда у тебя еще не было чувств ко мне.
– Я тебя не знал. Всё, что я знал о тебе, – что ты красивая.
– Ладно, – принимаю я, – ты решил солгать мне о том, сколько прочитал, потому что?..
– Потому что мне было стыдно. И потому что я знал, что тебе будет неловко. В тот момент я думал, что верну тебе дневник – и на этом всё закончится. Ты бы никогда не узнала, что я его прочитал.
– Потому что ты не планировал приударить за мной?
– Ну… У меня не было планов делать тебя своей девушкой, нет.
Я охаю.
– Ты собирался затащить меня в постель, и на этом всё?
Он смеется.
– Куинн!
– Какое нахальство! Я же
– Если бы ты была не против, я бы тоже был не против – вот о чем я говорю.
Я размышляю, могло ли быть так. Не могу представить, чтобы я хотела от него только секса и ничего больше.
– Ладно, вернемся к делу.
– Да, мэм.
Я поворачиваюсь набок, положив его голос между своей головой и подушкой.
– Почему ты так отвратительно разговаривал со мной в тот первый день у меня дома?
Он вздыхает.
– Я считал тебя заносчивой богачкой. Орео. В то время я не был твоим большим фанатом.
– Но это не меняет того факта, что ты хотел…
– …перепихнуться? – он смеется. – Черт, нет. В смысле, я же не слепой.
Я прикусываю нижнюю губу.
– Ладно. Так, ты начал помогать мне со списком. Мы поехали в Хьюстон, и ты взял на себя смелость позвать с нами Ливви, так как подумал, что так у меня появится возможность извиниться…
Он молчит.
– Ты понимаешь, о каком вмешательстве я говорила?
– Э-эмм.
– Знаешь, почему я взбесилась?
Он отвечает не сразу.
– Почему?
– Ты решил, будто знаешь, что для меня лучше. Если ты прочитал мой дневник, это еще не значит, что ты знаешь обо мне всё.
Он быстро произносит:
– Да я никогда и не думал, что всё о тебе знаю.
– Хорошо, потому что ты не знаешь. Есть то, чего ты обо мне никогда не узнаешь, читая мой дневник.
– Я знаю, Куинн. Как я уже говорил, я хочу узнать о тебе всё. Не только то, что, по твоему мнению, достаточно интересно, чтобы внести в твои списки.
Я прикусываю нижнюю губу.
– Ну, полагаю, теперь это будет проще, ведь я его сожгла.
– В каком смысле – ты его сожгла?
– Это был последний пункт в списке – навсегда избавиться от дневника.
Он вздыхает, и я прислушиваюсь.
– Ух ты, я бы ни за что не догадался.
– Ни за что бы не догадался, что я могу быть настолько смелой?
– Нет, я знаю, что ты смелая. Я бы ни за что не догадался, что последний пункт может быть таким… развитым. И пока ты не поняла всё неправильно…
– Я и не
– Хм, – мычит он, – ну так вот, я имел в виду, что сжечь дневник – это большой шаг в саморазвитии. Ты знала, что это была плохая привычка, и намеревалась от нее избавиться.
Я слышу, как кондиционер на потолке прогоняет воздух. Слышу, как он переворачивается в своей кровати.
– Картер? – спрашиваю я.
– Да?
– Ты ведь прочитал мои самые страшные воспоминания?
– Да.
– Даже то, что было, когда я ходила в детский сад?
– Да, – его голос становится тише.
– О чем ты подумал, когда прочитал его?
– Я был немного удивлен, но это было ничто в сравнении с чтением твоих сексуальных фантазий. Ты их так детально описала… Тебе стоило бы писать эротические рассказы.
Я смеюсь.
– Ладно, неважно. Следующая тема.
– Я серьезно! Ты могла бы построить в этом карьеру.
– Следующий вопрос, – улыбаясь, говорю я.
Он успокаивается, потом проникновенным голосом произносит мне в ухо:
– Каков твой следующий вопрос, детка?
По моему телу бегут мурашки, спускаясь к бедрам.
– У тебя было что-нибудь с Эмили Хэйс?
– Ты серьезно? – Он смеется. – Ты поверила этим бредовым сплетням?
– Ну я не была уверена. Она симпатичная.
– Не в моем вкусе совершенно.
– А кто в твоем вкусе?
– Ты, – это слово взбудораживает меня. Он добавляет: – Естественно.
Я улыбаюсь, подхваченная волной из тысячи бабочек. Я пытаюсь подавить ее, но это словно полная противоположность моих уродливых рыданий. Я совершенно потеряла контроль над мышцами своего лица. Я говорю:
– Ладно. Следующий вопрос.
