Земля родная трудится и кормит.Но бедыХодят-бродятИ по ней,И незнакомых в милицейской формеВстречаем,Как испытанных друзей.Спокойно спятРабочие кварталы,Но, если крик прорежет темноту,От рядового и до генерала —Милиция на вверенном посту.Порой погоняВыльется в мгновенья,Порой идетЧерез снега и зной.А кто-то раскрывает преступленьяВ тиши лаборатории ночной…Ну а порой бросаться надо в пламя,В засадах ночи проводить без сна.Случается,Посмертно орденамиЗа храбростьНаграждает их страна.И плачут чьи-то девушки и вдовы,Друзья без словСжимают кулаки.Друзья не испугаютсяИ сноваРванутся на тревожные звонки.И вновь, смахнув с лицаРосинки пота,Под пулями ворвутся в чей-то дом.И чем у них опаснее работа,Тем все мыБезопаснее живем.А для земли,Что трудится и кормит,Они не пожалеют сил и дней.Мы незнакомых в милицейской формеВстречаем,Как испытанных друзей.<p>Анатолий Трофимов</p><p><strong>В НАЧАЛЕ ПУТИ</strong></p><p>Очерк</p>

28 октября (10 ноября по новому стилю), на третий день свершения Великой Октябрьской социалистической революции, Народный комиссариат внутренних дел принял постановление «О рабочей милиции», которая должна находиться «…всецело и исключительно в ведении Советов рабочих и солдатских депутатов».

Екатеринбург был разбит на четыре района, в каждом районе создавалась Красная гвардия, которая наделялась функциями милиции. В четвертом районе (Верх-Исетский завод и спичечная фабрика) Красную гвардию, например, возглавлял член партии с 1906 года Петр Захарович Ермаков. Во главе центрального штаба Красной гвардии Екатеринбурга находился матрос-большевик Павел Данилович Хохряков. По решению III Уральской партийной конференции (24—29 января 1918 г.) красногвардейские отряды стали создаваться и в сельской местности.

Летом 1918 года вспыхнул мятеж белочехов, колчаковцы подступили к Екатеринбургу и взяли его.

Полностью Урал был освобожден от Колчака в июле 1919 года. В наследство от «правителя» остались разрушенные заводы и фабрики, вытоптанные поля, взорванные мосты и железные дороги. Эта обстановка вызвала неизбежный рост преступности — грабежей, убийств, насилий, спекуляции. Резко увеличилась беспризорность. Со всем этим надо было бороться милиции и органам государственной безопасности. При административном отделе Екатеринбургского губисполкома создается подотдел — управление рабоче-крестьянской милиции. Но для руководства им подходящей кандидатуры не находилось. Стоило подобрать энергичного товарища, как его тут же перебрасывали на «еще более ответственную» работу.

Да и не каждый охотно брался за очень хлопотное милицейское дело. В октябре 1919 года в Екатеринбург приехал Петр Григорьевич Савотин. В то время ему было 35 лет. Бывший закройщик-кожевенник, он успел пройти большую жизненную школу. С 1908 года служил в царской армии. В своей автобиографии Петр Григорьевич пишет:

«Перед окончанием срока службы я был назначен с отдачей на год в дисциплинарный батальон за революционную пропаганду».

В 1914 году Савотина отправили на русско-германский фронт. До самой революции он пробыл в окопах. Дважды ранен, контужен, травлен газами. Там, на фронте, сошелся с большевиками и сам стал большевиком.

Недавний рабочий и солдат, закончивший лишь земскую школу, он становится во главе милиции крупнейшей губернии. Исходя из административного деления, Савотин разрабатывает структуру губернского аппарата милиции. Вот что он докладывал в своем рапорте в Главное управление:

Перейти на страницу:

Похожие книги