Телефон в квартире Сабининых ответил не сразу. Затем после щелчка послышался хрипловатый женский голос:
— Да, я слушаю.
— Здравствуйте, Зоя Алексеевна, как хорошо, что вы дома, — бодро заговорил лейтенант. — Вас Гостев беспокоит, из милиции.
— Я помню, — сухо сказала Сабинина. — Вы хорошо водите машину. А я на больничном.
— Простите, если поднял вас с постели, — произнес Гостев. — И пожалуйста, скажите: Лида, о которой вы упоминали, была на похоронах?
— Да, была.
— Вы с ней разговаривали?
— Нет. Хотела подойти к ней, но она бросила на меня такой взгляд, что я не решилась.
— Почему вдруг?
— Трудно сказать. Наверное, думает, что это я виновата в его смерти. Ведь если бы Роман не повез меня тогда в аэропорт, ничего бы не случилось. Может она так думать?
— Может, конечно, хотя смысла здесь не видно, — ответил Гостев.
— Вы плохо знаете женскую логику.
— Возможно, не спорю, — согласился лейтенант. — И в смысле ее адреса тоже ничего не прояснилось?
— Нет. Но я вспомнила другое. Роман говорил, что она преподает историю. Полагаю, что имени и профессии вам достаточно, чтобы найти человека.
— Разумеется, Зоя Алексеевна, мы ее найдем. Это лишь вопрос времени, — вежливо произнес инспектор. — Поправляйтесь.
— Спасибо, — сухо ответила девушка и повесила трубку.
Гостев поднялся из-за стола и подошел к окну, постоял с минуту, размышляя.
— Пойдемте-ка, Павел Антоныч, в общежитие, где жил Роман Сабинин.
В продолговатой комнате на четвертом этаже общежития стояли четыре кровати, четыре тумбочки, стулья и квадратный стол. На одной из коек лежал кудрявый парень и листал «Русско-немецкий словарь». Остальные койки были пусты.
— Приветствуем вас, — сказал Гостев. — Будем знакомы. Мы из милиции.
Кудрявый удивленно сел на кровати и опустил ноги на пол.
— Сидоров Евгений, монтажник.
— Интересуетесь языком? — кивнул лейтенант на словарь. — Или учитесь?
— Для самообразования. Слыхал, что к нам приедут специалисты из ГДР монтировать оборудование. Вот и готовлюсь маленько.
— Понятно, — протянул Гостев, усаживаясь. — Мы, собственно, вот по какому делу. Роман Сабинин с вами в комнате долго жил?
— С полгода.
— Что он был за человек? Хотя бы в общих чертах.
— Человек как человек. — Парень пожал плечами. — Работал, учился, отдыхал мало. То читал, то что-то писал для стенгазеты. Вот только водку не пил. Мы, бывало, соберемся отметить какое-то событие, так он с нами за столом сидит, но в рот ее — ни-ни… Сначала удивлялись, а потом ничего, привыкли.
— Роман часто не ночевал в общежитии? — спросил Плотников.
— Бывало, конечно. — Парень слегка смутился. — Но не больше, чем все другие. Сами понимаете, холостяки мы.
— Где сейчас его личные вещи? — Инспектор бросил взгляд на тумбочку.
— Подруга его забрала. Лидой звать. Да какие там особенно вещи? Чемоданчик с бельем и бритвой, учебники, плащ, выходной костюм.
— Вы все ей сами отдали?
— Чего же не отдать? Мы же ее знали. Они пожениться собирались. Потом еще сестра его приходила, интересовалась, где вещи. Мы ей объяснили, она кивнула и ушла. Вот и все. Жалко, конечно, погиб человек, да что делать. С каждым может случиться. И на стройке можно с лесов упасть…
— Лида здесь часто бывала?
— Нет, раза два всего. Они сравнительно недавно знакомы.
— Что вы можете о ней сказать?
— Ничего женщина, симпатичная. Брюнетка. Глаза вроде серые. Улыбка очень приятная, но немного печальная, что ли. Ну, я, понятно, специально не приглядывался. Могу и напридумывать.
— О сестре Роман когда-нибудь говорил? Как он к ней относился? — поинтересовался Плотников.
— Нормально. Сестра, она и есть сестра. Деньжат ей, бывало, подбрасывал. На безделушки, наряды всякие. У нас хорошо зарабатывают.
— Вы не обратили внимания, Роман в последнее время не был чем-нибудь озабочен?
— Кто же без забот живет?
— Близкие друзья у Романа есть?
— Как вам сказать, — замялся парень. — Приятелей много. Ну а друг — ведь это много больше. У меня вот, к примеру, такого друга нет пока.
Все замолчали, каждый думал о своем. В окно доносился многозвучный шум стройки.
— Евгений, — после паузы спросил Гостев, — а где Роман хранил водительское удостоверение?
— Когда на смену выходил, то оставлял в тумбочке. А так с собой носил, в кармане.
— Вы после случившегося его права не находили?
— Нет. Может, в костюме остались, который Лида унесла?
— Возможно, — вздохнул Гостев, поднимаясь. — А где Лида живет или работает, не знаете случайно?
— Понятия не имею.
Ответ на последний вопрос не слишком огорчил лейтенанта. Женщину они найдут сами. Но для этого надо потратить день-другой, а времени в обрез. Какое-то чувство подсказывало Гостеву, что с дознанием надо очень и очень спешить.
Весь следующий день ушел на выяснение личности знакомой Романа. В отделе кадров гороно инспектора из множества папок выписали фамилии всех преподавательниц истории по имени Лидия. Затем ограничились возрастным потолком до тридцати пяти лет. В списке остались шесть женщин, и каждая из них могла оказаться той самой, которую они искали. Учительницы работали в разных школах. Осталось объехать и найти единственную из шести.
