Его счастье, что двери, знаменитый на весь мир - Китай.
Клееная бумага + скотч.
Вообще, BST, оказалась на диво прижимиста - кабель канал, например, закупили "Нонэйм". Кабель - омедненная сталь. Обжимки и чакалки - самая дешевая, "дешевка", пригодная для единственной цели - быть выброшенной в мусорку.
Сердечники для розеток, правда - "DM", фирма - немецкая, но - Made in ChAina!
Не складывалось у меня как то, все это убожество с имиджем крутой фирмы.
Дождавшись появления Димочки с Трофимычем, выдал им инструмент и повел по кабинетам - показывать.
"Старый и малый", махом разделили обязанности - сами!
Трофимыч остался обжимать хвосты в шкафу, помогая МэдВедю, а Димочка, набрав полный карман, "личинок" - побежал по кабинетам.
Понимая, что от моего присутствия - лучше не будет, побрел на второй этаж - "Работу работать".
Привычно расплетая, тугие пары и зажимая их в сердечники, осматривал кабинеты, придирчиво выбирая - какой понравится мне.
Получалось, вот этот - угловой, с окнами на север...
Чуть уже обычного, но уютный и в самом глухом углу, как я и люблю.
Кабинеты в нашем здании, спроектированным горе - архитектором, были все - на одно лицо.
Пятиметровая стенка - с дверной коробкой и семь метров - до окна.
Туалеты, вопреки всякому здравому смыслу - не в конце коридоров, а в центре.
Правда - аж целых четыре штуки!
Пол - каменный, как в ненавидимой мною - родной - школе.
Лестницы - три: одна в центре - широкая и две по краям - "пожарные".
Не здание - парадокс.
Лифты, например, не рядом с лестницами, а почти через три кабинета!
"Бред"! - Отбросил я "чакалку". - "Несуразица"!
Выйдя из кабинета, замер.
Трофимыч, Димочка и МэдВедь на что-то упорно любовались, восхищенно цокая языками.
- Ага! Перекур, устраиваем!? - Подкрался я. - Всех, порешу!
- Ты, в лифт - глянь! - Расплылся в улыбке Димочка.
Судя по виду, в лифте уже кого-то, порешили.
Стены и пол, изгвазданные красной краской - несомненно, творение рук, нашего Сенечки! Будет снова много шума...
- Блин, вот где он краску, берет?! - Почесал затылок МэдВедь. - Или, точнее - где прячет?!
Трофимыч замер.
- Что Ты сказал? - Уставился он на МэдВедя. - Краску, берет?
Осторожно, чтобы не замараться в свежей краске, Трофимыч сделал шаг в лифт, мазнул пальцем по краске и поднес ее к носу. И, моментально вылетел обратно в коридор.
- Это не краска! - Бледный, как полотно, Трофимыч передернул плечами. - Кровь. Свежая.
- Надо, позвать... Кого-нибудь... - Не совсем уверенно, предложил Димочка.
- Нет. - Цапрун, прошедший уже огонь и воду в таких делах, замотал головой. - По кабинетам, пошли. Никто! Ничего! Не видел! К лифту не подходили. Художеств - не видели. Понятно?
Мы трое, дружно кивнули.
И - разошлись...
- Трофимыч! - Позвал я из соседнего кабинета. - Ау! Ты меня, слышишь?!
- Не ори! - Строго ответил из-за стены Цапрун. - Я, тебя - вижу! Чего?
- Выйдем, покурим? - Предложил я.
- Не хочу.
- Трофимыч!
- Вечером, поговорим... - Попытался отвертеться, Цапрун.
- Наши комнаты, под прослушкой... - Заявил я.
- Собирай, орлов... Пойдем, курить!
***
- Первой окончила работу бригада, господина Штойнмаера. - Господин Пер склонил голову, признавая победу немецкого гения от перфоратора. - Бригада господина Кьянти - умудрилась завалить срок, хотя и не по своей вине.
- Бригада Лепажного... Господина, Лепажного... - Поправился господин Пер. - Продемонстрировала... Впрочем, довольно того, что будучи в отстающих...
- Господин Пер... Мы, все поняли! - Прервал поток слов, не знакомый мне, пожилой человек. С суровой сединой на висках и прямой спиной, он сидел в председательском кресле и рассматривал всех сквозь линзы очков.
- На базе "Ридж", решено оставить бригаду Лепажного. - Веско кивнул, снимая очки и протирая их носовым платком, седой. - Бригада Кьянти, переходит на участок ?3. Там они не смогут причинить, такого ущерба... Штойнмаера - коленом, под зад!
- Но... Господин Амброз! - Опешил Филипп. - Как же так?!
- Будем считать - подвела германская пунктуальность и методичность... - Карел Амброз, вице-президент фирмы "BST", водрузил очки на нос. - А вы, Филипп... Также, переходите на третий участок! Там, сейчас, уже ничего невозможно испортить! Штойнмаер, Кьянти, Пер - вон! Лепажный и Тобольский - хорошая работа! Передайте мою благодарность бригаде. Особенно - Вашим химику и художнику! Состав - Выше всяких похвал! А обрубленные руки, что б не лезли к кабель - каналу - гениальная, идея! Всего - наилучшего!
Выйдя за двери кабинета, мы с Михалычем, сползли по стенке.
Штойнмаер и Кьянти - смотрели на нас - волками.
А мы - сидели друг напротив друга, не веря тому, что - выкрутились!
Или - влипли?!
- Ну, Андрюша... - Качал головой Михалыч. - Чувствую я, влипли мы...
- Прорвемся, бригадир... - Отмахнулся я. - Не впервой!
- Пошли, напьемся, что - ли?! - Предложил Михалыч. - И... Спать...
Короткий коридор, освещенный обычными светодиодками, белые стены и каменные полы.
Четвертое, административное, здание.
С идеальной отделкой.
Все - спрятано.
Не скажу, точно, где именно установлены шкафы, но то, что они - есть - однозначно!