– Я собираюсь убить всех, кто хоть как-то нагрел на этом руки. Мне остались еще два главаря бандитов – один заправляет всем в Риме, второй руководит из Палермо.
В большой, элегантно обставленной комнате снова воцарилось молчание. Его нарушила Рика, говорившая как бы сама с собой.
– А ведь он еще пытался как-то меня утешать. Говорил, что мы остались друг у друга и поэтому жизнь должна продолжаться.
Она взглянула на Кризи, воспоминания, отражавшиеся в ее глазах, погасли, теперь она смотрела перед собой жестко и сурово.
– Вы сказали, что собираетесь разделаться со всеми участниками этого преступления?
Он взял со стола пистолет и кивнул.
– Я приехал сюда, чтобы убить вашего мужа.
Этторе взглянул не на Кризи, а на свою жену. Его красивое лицо утратило все свое обаяние, глаза глядели, как два окна в пустоту.
Кризи убрал пистолет и встал.
– Не знаю, может быть, лучше будет, если я его вам оставлю.
– Да! – почти прошипела она. – Оставьте его, пожалуйста, мне.
Кризи двинулся было к двери, но голос Рики остановил его.
– А что будет с Мансутти?
Он обернулся.
– О Мансутти я уже позаботился.
Дверь за Кризи закрылась.
Когда Сатта и Беллу ехали по живописной дороге вдоль озера, навстречу им пронеслась в противоположном направлении голубая «альфетта».
В своей роскошной квартире на последнем этаже престижного жилого дома Вико Мансутти говорил по телефону. Этторе бился в истерике, понять, что он говорил, было почти невозможно.
– Подожди меня, – резко сказал Вико. – Я буду у вас через час. Постарайся взять себя в руки.
Он надел пиджак и сказал немного взвинченной жене, что у Этторе снова неважное настроение – очередной психологический кризис. Вернется он сегодня, скорее всего, поздно.
Спустившись в подземный гараж под домом, он сел в свой «мерседес», включил зажигание, и в тот же момент раздался страшный грохот – взорвалось полкилограмма пластиковой взрывчатки.
Сатта был поражен. Откинувшись на спинку стула, он с искренним восхищением произнес:
– Никогда, повторяю – никогда в жизни я не пробовал лучшего жаркого.
Гвидо равнодушно пожал плечами.
– Мы здесь в Неаполе не все крестьяне.
– Это вполне очевидно, – согласился Сатта, вытирая губы салфеткой. – Для бывшего преступника, бывшего заключенного, отставного легионера и отошедшего от дел наемника, я бы сказал, вы обладаете поистине экзотическими талантами и дарованиями. Кстати говоря, вы в триктрак не играете?
Гвидо этот вопрос слегка озадачил.
– Вообще-то играю, только не понимаю, какое отношение это имеет к вашему визиту?
Сатта усмехнулся.
– Это просто замечательно. Значит, мое пребывание здесь будет еще более приятным.
– Я сказал вам уже, – хмуро проговорил Гвидо, – пансион сейчас закрыт. Вам лучше было бы остановиться в гостинице.
Сатта налил себе еще немного холодной «лакрима Кристи» и, смакуя, выпил. Когда он заговорил снова, в его словах не было и намека на вальяжность.
– Вы, как никто другой, понимаете всю сложность ситуации. Теперь Кантарелла знает, кто нагоняет страх на всю его организацию. Его источники информации не хуже моих, а кое в чем, может быть, даже лучше. Очень скоро мафия проследит связь Кризи с вами. Как только это произойдет, сюда завалятся ребятишки с покатыми плечами и узкими лбами, которым очень захочется с вами потолковать по душам. Вы сами прекрасно понимаете, что они будут гораздо менее вежливы, чем я.
Гвидо снова пожал плечами.
– Я сумею за себя постоять.
Однако на этот раз он отнесся к словам Сатты с большим вниманием. Только час назад ему из Милана позвонил Элио и сказал, что двое хорошо одетых, но явно подозрительных мужчин заходили в его контору и наводили справки о том, кто рекомендовал Кризи в охранное агентство. Действуя в полном соответствии с инструкциями, полученными от брата, Элио просто ответил им, что выполнял просьбу Гвидо. Ясно, что очень скоро в пансион наведаются местные бандиты. Однако, зная, что здесь находится полковник карабинеров, они, конечно, будут держаться подальше, откладывая свой визит до его отъезда.
– Хорошо, – лаконично ответил Гвидо, – я приготовлю для вас комнату. Только не рассчитывайте, что завтрак я буду носить вам в постель.
Сатта протестующе замахал руками.
– Не беспокойтесь, никаких хлопот я вам не причиню. И поверьте мне на слово, так будет лучше – нам с вами многое надо обсудить.
Сатта приехал вечером, весь день проведя за рулем – путь от Милана до Неаполя был не близким. Тем не менее он предпочел вести машину сам: в дороге было время подумать, еще раз осмыслить события последней недели, свыкнуться с мыслью о том, что один человек без чьей бы то ни было посторонней помощи смог расправиться с одним из самых могущественных бандитов страны.
Потом он вернулся к странному разговору с четой Балетто в их доме на берегу озера.
