Но он произнес это с видом слегка скрытным. Может быть, что-нибудь случилось на работе; может быть, Элис добилась каких-то успехов в школе; может быть, ему просто непонятным образом лучше. На протяжении всего ужина он пребывал в отличном настроении. Потом за чашкой кофе наконец сказал:
– То, что произошло сегодня, раньше не происходило. – Вид у него был такой, как будто он медленно разворачивает подарок, предназначенный для Энн. – Ни разу. Было очень поучительно. – Он улыбнулся ей с удивленной нежностью. – Я забыл, спала ты с Ларри Питтером или нет. – Он посмотрел на нее в ожидании похвалы.
– И что? – Энн почувствовала, что ее живот начало сводить от напряженного ожидания.
– И что… Что ж, этого раньше не происходило. Всех… прочих я всегда помнил. Всех, с кем ты… трахалась. – Он сознательно использовал это слово. – За сценой это было или на экране. Даже когда не было ни того ни другого, как со Скелтоном. В любую минуту любого дня, останови меня кто-нибудь и спроси: «Предъяви-ка мне список всех мужчин, с которыми трахалась твоя жена», я бы мог это сделать. Правда мог. А потом сказал бы: «А есть еще и другие категории». Их я тоже всех помнил, всех. Я однажды поймал себя на том, что автоматически повышаю оценку студенту по фамилии Керриган – потому что Джим Керриган никогда же к тебе не приставал в фильме «Развалюха»?
Энн выдавила из себя улыбку; она по-прежнему ждала, что будет дальше.
– Может быть, это значит, что я стал потихоньку забывать.
– Ну, наверное.
Но кажется, что Грэма охватило возбуждение, а не облегчение, подумала она.
– Ну так вперед.
– Что – вперед?
– Проверь меня.
– Проверить?
– Да. Посмотри, что я помню. «Я трахалась с таким-то», что-нибудь в этом роде. «Кто играл второго персонажа-мужчину в том фильме, где я трахалась с ним в жизни, но не на экране?» Давай, отличная же игра.
– Ты пьяный, что ли? – Может быть, он выпил под дороге домой.
– Нет. Нисколько. – Во всяком случае, пьяным он не выглядел: он был оживлен, радостен, счастлив.
– Ну, тогда мне нечего сказать, кроме того, что это самая мерзкая идея, которая вообще могла прийти в голову.
– Да ладно. Боевой дух где?
– Ты серьезно, да?
– Я серьезно отношусь к играм, это да.
Энн тихо сказала:
– По-моему, ты сошел с ума.
Грэма это нисколько не озадачило.
– Я не сошел с ума. Мне просто это все кажется очень интересным. Я так удивился сегодня, когда не смог это вспомнить, что пошел смотреть «Спящего тигра».
– Это что?
– В каком смысле? Это предпоследний фильм с Ларри Питтером.
– Почему меня должны интересовать фильмы с Ларри Питтером?
– Потому что он тебя не трахал – или, напротив, трахал; в «Переполохе» в кадре точно, а за кадром – ну вот об этом и речь.
– Ты пошел смотреть какой-то фильм с Питтером? – Энн была изумлена, потрясена. – Зачем?
– «Спящий тигр». Проверить, подстегнет ли это мою память.
– Ага. Где-то рядом шел, что ли?
– Свисс-Коттедж.
– Господи, Грэм, это же у черта на рогах. Ради какого-то говенного фильма с Питтером. Ты сошел с ума.
Грэма это нисколько не поколебало. Он посмотрел на жену с недвусмысленной нежностью:
– Погоди, погоди. Суть-то в чем – я просидел на «Спящем тигре» всю дорогу и в конце все равно ничего не мог вспомнить. Я вглядывался в лицо Ларри Питтера каждый раз, когда оно появлялось на экране, и просто не мог вспомнить, хотел я его убить или нет. Это очень странно.
– Ну, если тебе от этого легче, то это уже кое-что.
Грэм помолчал, потом медленно произнес:
– Не знаю, как насчет «легче». – (Энн все меньше понимала, что происходит.) – Нет, я бы не сказал «легче». Я бы сказал – иначе. Это новый поворот, понимаешь? И я думаю: если мой мозг решил одного из них забыть, почему он выбрал Ларри Питтера? Что такое есть у Питтера – или чего у него нет, – что отличает его от остальных?
– Грэм, мне кажется, это тревожный симптом. Раньше я всегда могла тебя понять, а теперь не могу. Ты раньше расстраивался, когда мы говорили о моих прежних бойфрендах. Это и меня всегда расстраивало. А теперь… теперь это тебя как-то возбуждает, что ли.
– Только вот эта ситуация с Питтером. Впечатление такое, как будто я ничего изначально и не знал. Правда, как будто я вот сейчас впервые узнаю, трахалась ты с Ларри Питтером или нет.
– Ты это серьезно, да? Елки, ты это прямо серьезно?
Грэм протянул руку через обеденный стол и нежно взял Энн за запястье.
– Трахалась? – тихо спросил он, как будто более громкий вопрос спугнет ответ. – Трахалась?
Энн отвела руку от его пальцев. Ей никогда не приходило в голову, что Грэм может пробудить в ней ту презрительную жалость, которую она сейчас испытывала.
– Ты же не думаешь, что я тебе скажу, а? Прямо сейчас? – ответила она так же тихо.
– Почему нет? Мне нужно это знать. Я должен это знать. – Его глаза лихорадочно блестели.
– Нет, Грэм.
– Ну, солнышко, брось. Ты же мне уже говорила. Скажи еще раз.
– Нет.
– Ты мне уже говорила. – Тихий голос, взволнованный взгляд, рука снова на ее запястье, только на этот раз пальцы сжались сильнее.
