Катя не понимала, что происходило с ней, но в последнее время, несмотря на прекрасные и развивающиеся в нужном направлении отношения с Юрием, её всё чаще тянуло к Сергею. Он больше не вызывал у неё никаких отрицательных эмоций, как было раньше, и эта перемена пугала её. И сейчас, идя на стадион, адрес которого он прислал ей в смс, она старалась не думать ни о чём, в том числе зачем она это делает и почему ноги сами собой несут её туда. Она посмотрела на часы, понимая, что, решая, идти или не идти туда, она пропустила большую половину игры, но оставалось ещё полчаса и от стадиона отделяла всего пара улиц.
На трибунах было мало болельщиков, и Катя легко нашла место подальше от всех. Она сразу почувствовала, что он увидел её, и, когда их взгляды пересеклись, сердце почему-то заколотилось в груди.
«Зачем я сюда пришла!? Что я за дура!» — корила она себя, но не нашла в себе сил встать и уйти.
Игра закончилась победой команды Сергея, и девушка, снова встретившись с ним взглядом, подняла палец вверх без слов, показывая ему, что он молодец, ведь он забил решающий гол. Она хотела уйти, но он, не переодеваясь, подбежал к трибуне, где она была, и позвал к себе. Катя подошла к нему, он, подняв футболку, вытер ей вспотевшее лицо, приоткрыв свой красивый накачанный торс, и она как загипнотизированная смотрела на него. Сергей притянул её к себе и коснулся её губ, так что разум оставил её окончательно, и она ответила на него поцелуй, как влюблённая дура, обращая на себя посторонние взгляды.
— Забитый мяч был в твою честь! — шёпотом произнёс он, оторвавшись от неё.
Она посмотрела в его такие чёрные и непроницаемые глаза, и на ум пришли когда-то сказанные слова её сестры:
«Ты можешь просто так стоять, смотреть в его глаза и ощущать, как за спиной вырастают крылья от переполняющих тебя невероятных чувств. Тебе хочется летать! Летать с ним! И ты летаешь… Ты не боишься отдать ему всю себя… Ты с ним вообще ничего не боишься».
Она почувствовала, что каждая строчка, каждое слово, когда-то сказанное Ксюшей о её чувствах к Артёму, находит отклик в её сердце, и вздрогнула оттого, что пришло ей сейчас на ум. Сама того не желая, боясь этого чувства, сознательно убегая от него, она всё-таки встретилась с ним. Испугавшись своего открытия, она резко отступила от Сергея на шаг и бросилась от него прочь, словно могла оставить свои чувства тут, на лавочке местного стадиона, и убежать от них.
— Катя! — закричал он ей вслед, но она, не оборачиваясь, бежала прочь.
Он быстро перепрыгнул ограду и, догнав её, прижал к себе.
— Ты не сможешь убежать от меня! — взяв её лицо в руки, сказал он, улыбнувшись. — Я бегаю быстрее тебя!
Его глаза смотрели ей в самое сердце, его губы были так рядом и невероятно притягивали к себе, и она почувствовала, что пропала.
— Поехали ко мне! — всё так же не отпуская её, чтобы она не вздумала снова сбежать, предложил он.
Она кивнула не раздумывая. Она не хотела ни о чём сейчас думать и решать, как поступить лучше. Сейчас был только он, только его непроницаемые глаза, только губы, которые не давали ей покоя, и желание принадлежать ему, которое сводило с ума. Он потянул её за руку за собой.
— Пойдём со мной, а то ты опять сбежишь!
Она остановила его.
— Иди помойся и оденься, я подожду тебя тут.
Он недоверчиво посмотрел на неё. Она улыбнулась ему.
— Я правда тебя дождусь.
Ксюша лежала на плече Артёма, они смотрели фильм. Телефон, стоявший на беззвучном режиме, завибрировал в кармане, и она немного вытащила его и в ужасе прочитала: «Андрей».
— Кто?! — спросил Артём, не отрываясь от действия фильма.
— Катя, — соврала девушка, чувствуя, что предательски краснеет, но он не смотрел на неё и не заметил этого.
— Ответь!
Ксюша села на кровати и, приняв вызов, коротко сказала:
— Я позвоню позже!
Не дожидаясь ответа, она нажала на отбой и, положив телефон обратно в карман, вернулась на своё место, в душе ругая Андрея, что ему вздумалось названивать ей, зная, что она с Артёмом. Однако фильм уже перестал интересовать её, поскольку волнение и тревога, вызванные звонком Андрея, охватили всё её существо.
Вечером, спустившись на ужин, она жутко нервничала, боясь, как бы Андрей не выдал её, упомянув о телефонном звонке. Она практически ничего не ела и не слушала их бесконечные разговоры, но упоминание имени Артёма вернуло её к действительности.
— Сколько вам тогда было?! — спросила мать Артёма.
— Не помню я, — отмахнулся он, показывая матери своим раздражённым тоном, что ему не нравятся эти разговоры.
— Мне четырнадцать примерно, Тёме — шестнадцать, — ответила за него Кристина.
— Скорее всего, — кивнула женщина и задумчиво продолжила: — Мы с твоей мамой с самого твоего рождения мечтали, чтобы вы выросли и создали свою семью.
— Мама! — вмешался Артём.
— Что?! — удивлённо приподняв брови, спросила женщина. — Мне уже и прошлое вспомнить нельзя?!
— Наташа! — подписался за сына отец, указывая глазами на Ксюшу, смотрящую в свою тарелку и не знающую, куда себя деть.
Она фыркнула и замолчала, и за столом повисла неловкая пауза.
