— Сколько раз мне надо повторять, чтобы до твоего крошечного мозга наконец дошл…
— Я тебя понял, — перебив меня, Шило растянул улыбку ещё шире и резко ударил кулаком в челюсть. — Кормить тебя с этого дня больше не будем, так что довольствуйся своей кровью. Ещё через пару дней уберем и воду. Если, конечно, вообще доживешь до этого момента.
Закончив с угрозами, надзиратель зашёл мне за спину и ножом разрезал бечевку на запястьях. Сейчас настал короткий миг, когда я мог почувствовать себя хоть немного свободным — примерно пятнадцать минут в сутки мне давали, чтобы я поел и справил нужду. Туалета, естественно, здесь не было, так что отхожим местом стал один из углов подвала, а пил я из большой железной бочки, вода в которой была не так далеко от того состояния, чтобы покрыться плесенью.
— Давай быстрее, — бросил через плечо Шило, открывая дверь и выходя в коридор. — Жрать тебе теперь не надо, так что ограничимся пятью минутами.
Дверь в мою камеру захлопнулась, и я снова оказался в почти полной темноте. С кряхтением поднялся со стула, блаженно вытягивая руки вперед и двигая плечами. Вокруг красных полосок на запястьях появились огромные синяки, свидетельствующие о том, что моя кровь снова вернулась к практически нулевой свертываемости, и даже малейшее повреждение скорее всего приведет к гематоме. Во рту ощущался стойкий соленый вкус — удар по зубам тоже не прошел бесследно. Мда…
Видимо, слова Шило были пророческими — ещё пару дней я точно не протяну. Крохотный огонек надежды, всё ещё трепетавший где-то в глубине моей души, окончательно погас.
Как ни странно, осознание ситуации не вызвало во мне совершенно никаких эмоций. Внутри осталась лишь сосущая пустота, и я уселся обратно на стул, напрочь забыв о том, что ещё несколько минут назад был готов отдать что угодно за глоток воды. Какая уже разница? Видимо то, что я не доживу даже до так называемого «клуба двадцать семь», было давным-давно предрешено судьбой. Интересно, как бы сложилась моя жизнь, не будь в ней этого проклятого диагноза?
Планета z312dD#18|37sai входит в состав вселенской агломерации. Начинается ассимиляция. Ожидайте…
Чего⁈ Я тупо уставился на небольшое светящееся окошко, появившееся прямо у меня перед глазами. Что за фигня? Потерял так много крови, что уже галлюцинации начались? Или это последствия подвального одиночества?
Поводил рукой перед собой, затем протер глаза и текст пропал, словно его никогда и не было. И правда, всего лишь бред моего истощенного сознания. Надо же, ещё и кукухой успел тронуться перед смер…
Не успел я закончить мысль, как передо мной появилось очередное сообщение.
Этап I. Адаптация
Фаза I. Отсев.
Цель: Выжить.
Осталось времени:
[00:59:59]
[00:59:58]
[00:59:57]
Эм… Снова попытался проморгаться, но на этот раз текст никуда не исчезал, и даже более того — ниже появилась новая табличка.
Проявите себя с лучшей стороны! Возможно, ваши решения и действия повлияют на ваше место в новом мире.
Да что за глюки? Таблички категорически отказывались пропадать, да и сама ситуация была настолько абсурдной, что я напрочь забыл, в каком положении нахожусь. Может, позвать Шило и спросить, видит ли он эти…
— А-а-а! Сука! — истошный крик, раздавшийся из коридора, прервал мои размышления. — Кто ты⁈ Что ты⁈ Не подходи! Уеби…
Голос Шило прервался так же резко, как и начался, и следом за этим в подвале вновь воцарилась тишина. Я всё ещё совершенно не понимал, что происходит, однако сердцебиение само собой ускорилось раза так в полтора.
Плохо. Надо срочно успокоиться, иначе истеку кровью даже быстрее, чем предполагал Шило. Вдох. Выдох. Это просто галлюцинации, а я сам отключился на стуле…
Новый звук, раздавшийся в коридоре, заставил меня насторожиться ещё сильнее. Чавканье⁈ Да писец, что за бред происходит⁈ Не думаю, что Шило решил ни с того ни с сего перекусить чем-то настолько вкусным, что стук его зубов эхом разносится аж по всему подвалу…
Медленно, стараясь не делать излишне громких движений, встал на ноги и мелкими шажками направился к двери. Вместо того, чтобы шумно сплюнуть кровь, аккуратной струйкой выпустил её уголком рта прямо себе на подбородок. Всё равно моё лицо вряд ли может стать ещё грязнее.
Квадратное решетчатое окошко двери, из-за которого пробивался свет, постепенно приближалось, и спустя несколько секунд я, наконец, увидел бетонный пол коридора. Бетонный пол, на котором одиноко валялась голова Шило.
Тело моего надзирателя обнаружилось в нескольких метрах далее, вот только на месте черепушки копошилось… Нечто.
