Интересно, что изменилось бы сейчас, если бы мы их друг другу давали?.. Твои долбанные обеты?.. (Пауза. Лена садится на стул. Закрывает лицо руками.) Слова иногда ничего не значат. Вот мы сейчас что угодно можем наговорить, но это ничего не изменит. И не отменит.
(Пауза) Всё, что происходит в отношениях – это всё «езда в незнаемое». Никто ничего не знает. И про себя многое не знает, может, и вообще – ничего про себя не знает…
И я у тебя никаких обещаний не просила. И тебе сама ничего обещать не смогла бы, кроме как быть человеком. И не врать.
А ты зачем-то мне врёшь всё время. И подсовываешь мне это дерьмо…
Андрей
Я не вру. Я пытаюсь тебе правду сказать. А женщинам нельзя говорить правду, они не верят.
Елена
(отнимает руки от лица, с возмущением)
Неужели? Женщинам нельзя говорить правду? А женщины, что, не люди? И какую правду ты мне пытался сказать? Да ты запутался в показаниях!.. Сам уже не знаешь, где ты врешь, где подвираешь, а где правду говоришь. Ты как агент под прикрытием, который забыл, где он сам, где его персонаж, как его зовут и на каком языке он говорит!.. Вот крыша-то у него и едет!
(Разозлясь не на шутку)
То ты полковник, то ты прапорщик, то опять полковник. То бабы стаями, то это было давно. То про Светлану плачешь – то у тебя никаких потерь в жизни не было. То я прочитал твой роман и был растроган до глубины души – то пэтэушницы ему нравятся. То фотографию станции Ситенка обещаешь прислать как иллюстрацию к роману – а присылаешь ещё и фотки Машки Боярской с тобой в обнимку! То я практически в импотента превратился – а то отношения с двумя одновременно!
Андрей
Да я случайно тогда фотографию прислал! Говорю же – не увидел!
Елена
Слишком много случайно, не находишь? Тоже мне, слепой в бане! Не увидел он! А ты открой глаза – и смотри как следует! (Пауза) Ты задолбал меня своими бабами! Сколько можно уже самоутверждаться? Пока карачун в чужой койке не хватит? Да тебя на меня одну с трудом хватает!
Андрей
Да, это ты сказала правду.
Елена
И что мне с того?
Андрей
Ты очень искренний человек. Если бы всё это для тебя было бы только ради секса, то мне было бы всё равно. Но я не могу больше тебе врать. (Пауза)
Ты лучшая, правда, лучшая. Я бы даже сказал наилучшая.
Елена
Ага, хорошая баба. (Губы Елены кривятся усмешкой) Знаешь, как в народе говорят, что такое хорошая баба?
Андрей
Нет. И что говорят в народе?
Елена
Хорошая баба, наши ебли, хвалили.
Андрей
Фу, Лена, это пошло!
Елена
А то, что ты делаешь – вульгарно!
Андрей
Ну прости меня! Ну хочешь, дай мне по морде? Ну не сердись!
Елена
Нет, я не хочу дать тебе по морде. И я тебя, Вельяминов, не прощаю. Запомни это. (пауза)
Знаешь, почему говорят, что любовь живёт три года?
Андрей
(с опаской) Почему?
Елена
Потому что при встрече люди показывают свои лучшие стороны, сначала лучшие. Сначала по-другому и быть не может. А потом поневоле показывают всё остальное, что в них есть. Свои травмы, свои неприглядные стороны, страхи. Всё своё говно. И вот здесь-то начинается самое трудное..
Андрей
… трудно принять говно другого, да?
Елена
Говно другого оказывается принять не так трудно, как своё говно. Оказывается, что самое сложное – это пережить и принять всю мерзость в себе. От этого и сбегают в другие отношения. Но.. если удаётся прожить этот ужас вместе – то можно дойти до таких глубей, где никогда прежде не бывал… Нырнуть – и как Кусто любоваться красотами невиданного морского мира…
Андрей
Слушай, ты есть не хочешь? Давай поедим?
Елена
Есть я не хочу. Я сейчас хочу выпить. Единственное, что могу сейчас – это выпить.
Андрей
У меня есть с собой бутылка кизлярки.
Елена
Давай. (Достает из буфета две рюмки) Наливай.
Андрей
Сколько тебе налить?
Елена
Всклень.
Андрей
Что это?
Елена
( с горечью)
Не знаешь что такое всклень? Вровень с краем. Наливай.
Андрей
(наливает) Тут еда какая-то у тебя была… Ты же картошку сварила? Закуси, давай я тебе положу?
Елена
(пристально смотрит на Андрея) Не имею такой глупой привычки, закусывать. (Одним махом опрокидывает рюмку. Ставит на стол перед собой) Наливай!
Андрей
(наливает) Что, прям так сразу?
Елена
(выпивает) Наливай!
Андрей
(наливает, смотрит на Лену… и вдруг начинает смеяться) Слушай, я тебя боюсь! Что ты делаешь?
Елена
Боишься, что я террасу заблюю потом? Не дрейфь. Этой привычки я тоже не имею. (выпивает) Наливай!
Андрей
(наливает)
Прошу тебя, закуси!
Елена
Отвяжись, сказала! То с сексом ко мне приставал… Теперь с закуской. Отвяжись! И наливай давай!
Андрей
(наливает) Прошу тебя, закуси! Ну пожалуйста!
Елена
Ладно. Закушу. Если встанешь передо мной на колени и попросишь меня – то закушу.
Андрей
(становится перед Еленой на колени) Я прошу тебя. Пожалуйста!
Елена
(смотрит на Андрея, как будто силясь что-то вспомнить) Что я сказать тебе хотела… Попробую. Хотя кизлярка уже начинает действовать. За гремучую доблесть… Грядущих веков (останавливается, смотрит на Андрея) За высокое племя людей… Я лишился…Нет, не могу. Сил нет.(Поникает)
Андрей
(смотрит на Елену)
Я не знаю этих стихов. (Пауза) Я в тебя действительно влюбился.
Елена
