– А я думаю о другом, – признался он. – Вдруг это самое время покажет Ирине, что единственный человек, который может сделать ее счастливой, – это я?
Журналистка не стала его разочаровывать:
– Может, и так.
Машина въехала в город, и Олег сосредоточился:
– А теперь слушайте меня внимательно, если хотите быстро добраться до места. Сейчас мы будем сворачивать в разные переулки, чтобы избежать пробок.
Катя отметила про себя, что он отлично знал город. И действительно, пробок удалось избежать. Вскоре они остановились перед зданием тюрьмы.
– Одну минуту побудьте здесь, я скоро вернусь, – пообещал адвокат и вышел из машины.
Катя прождала его минут двадцать. Сабанов вернулся повеселевший:
– Пойдемте со мной.
До этого момента Зорина много раз бывала в тюрьмах. Вся процедура была ей знакома. Когда их привели в комнату для свиданий, Сергей уже ждал их – молодой симпатичный парень с густыми черными волосами и печальными синими глазами. Смуглое лицо его было бледно.
Журналистка протянула ему руку:
– Здравствуй, Сергей.
Он вяло пожал ее:
– Здравствуйте. Кто вы?
– Это та, кто спасет тебя, – твердо произнес Олег. – Екатерина – журналистка из Приреченска. На ее счету уйма уголовных дел, раскрытых благодаря ее журналистским расследованиям.
Маратов взглянул на нее с надеждой:
– Вы нашли Инну?
Женщина покачала головой:
– К сожалению, нет.
– Вы вытащите меня отсюда?
– Если ты будешь со мной откровенен, – ответила Катя. – Расскажи мне обо всем: как вы жили на даче, что случилось в горах, и не упусти ничего. Любой факт может оказаться важным!
Сергей кивнул:
– Хорошо. Вы уже знаете, что друг отца Савичев пригласил нас отдохнуть у него на даче. Отец не смог поехать и предложил мне взять Инну. Она согласилась. На даче мы пробыли около недели, и сын Юрия Петровича Максим предложил отдохнуть на турбазе. До этого мы ни разу не были в крымских горах и поэтому с радостью приняли предложение.
– Как вам жилось на даче? – поинтересовалась Зорина.
Парень удивленно посмотрел на нее:
– Прекрасно. Но почему вы спрашиваете?
Журналистка бросила на него быстрый взгляд:
– Я буду с тобой откровенна. Охранник Савичева Арсений говорит, что вы постоянно ругались из-за того, что ты настаивал на близких отношениях, а Инна отказывалась.
Маратов всплеснул руками и рассмеялся:
– Инна не могла отказываться, потому что мы живем уже больше года. А если ей по какой-то причине не хотелось секса, она не стала бы орать на всю дачу. К сожалению, ее не нашли, но когда найдут – а я уверен, что найдут, она, наверное, заблудилась, – Инна расскажет, что мне не было нужды ее насиловать. И вообще, по возвращении мы собирались подавать заявление в ЗАГС, – он захрустел пальцами. – А если ее не найдут… Как мне без нее жить? Нет, ее, конечно, найдут, иначе и быть не может!
Зорина подумала: если это игра, то просто профессиональная. Скорее всего, парень по-настоящему переживал за свою подругу.
– Продолжай, Сергей, – сказала она.
– На турбазе было весело, – проговорил молодой человек. – Мы быстро сдружились с ребятами одного с нами возраста. Ходили вместе на дискотеку, которую устраивали на турбазе, в походы.
– Ты не заметил, что Инна чего-то боялась? – спросила журналистка. – Об этом сказали следователю ваши знакомые по турбазе.
Маратов потряс головой:
– Это правда. Она боялась выходить одна и даже со мной, а однажды попросила, чтобы мы уехали назад в Приреченск, не дожидаясь конца пребывания. Когда я полюбопытствовал, почему она хочет уехать, Инна промолчала. Я не придал этому значения, решил, что подруга устала. И, как оказалось, напрасно.
– Значит, она кого-то или чего-то боялась, – констатировала Катя. – И как же вы, молодой человек, это не выяснили?
Он отвел глаза:
– Это чистый эгоизм. Мне на турбазе нравилось. Я не собирался уезжать до конца срока. Мне было интересно с ребятами, я хотел еще походить в походы.
– Если вам нравилось общаться с молодыми людьми, вашими ровесниками, а Инна боялась ходить даже с вами, зачем вы отправились вдвоем в поход? – Зорина задала этот вопрос довольно резко.
Маратов вздрогнул и отпрянул:
– Тут нет никакого криминала. Ей хотелось побыть со мной наедине, понимаете? Если вы спросите отдыхающих в «Орлином гнезде», вам любой подтвердит, что стенки в домиках очень тонкие и каждому слышно, чем занимаются соседи. Инна этого стеснялась, а мы желали заняться любовью. Это преступление?
– Рассказывай дальше, – журналистка не стала отвечать.
Маратов кивнул:
