– Сегодня он дома, сын к нему приехал. Если дойдешь до нашей деревни, первый двухэтажный дом. На втором этаже такой синий балкончик. Синий – только у него. Стучи в калитку – не ошибешься.
– Как пройти до вашей деревни? – спросила Зорина.
– Шагай по дорожке. Вскоре она и покажется, – напутствовала селянка. Журналистка огляделась в поисках подходящего места для стоянки машины, но бабушка махнула рукой: – К нам и подъехать можно. Только не по этой дороге, она для пешеходов, а по другой. Вниз немного спустишься, а там поворот налево. На своем автомобиле за пять минут доберешься.
Катя поблагодарила вежливую женщину и снова завела машину. До деревни она добралась довольно быстро, как и обещала продавщица яблок. Дом Ахмета она тоже отыскала сразу. Синий балкон так и бросался в глаза. Сам хозяин, мужчина маленького роста с седой бородой, стоял с молодым парнем и разводил огонь в мангале.
– Извините, вы не Ахмет? – откинула его Зорина.
Тот обернулся:
– Я Ахмет. А вы кто?
– Мне очень нужно с вами поговорить, – призналась журналистка. – Не так давно вы подвозили до станции белокурую девушку с рюкзаком.
Мужчина кивнул:
– Было дело.
– Вы довезли ее до станции? – поинтересовалась Катя.
Ахмет крякнул:
– Если я берусь за что-нибудь, то довожу дело до конца. Разумеется, довез. А что случилось?
– Пока не знаю, – проговорила Катя. – Вот с вашей помощью и пытаюсь разобраться. Вы не можете взглянуть на фотографию? Эту девушку вы подвозили к станции?
Татарин вышел к Кате:
– Давай показывай.
Зорина открыла снимок:
– Это она?
Ахмет сощурил черные глаза:
– Вроде она. Впрочем, они все на одно лицо. Челка на лоб, белые волосы пол-лица закрывают. Но вроде она.
– Значит, эту девушку вы довезли до станции. И вы уверены, что она пошла к поездам? – полюбопытствовала журналистка.
– Я довез ее до станции, – с раздражением отозвался татарин, – а вот куда она направилась потом – это не мое дело. Мне показалось, она зашагала к билетным кассам. Но я за ней не следил, я торопился в магазин. Сын ко мне должен был приехать с внуками. Вот жена и поручила купить много чего. Еще вопросы есть?
– За вами никто не следил?
Это вызвало у него удивление:
– А зачем за мной следить?
– И тем не менее вы никого не заметили?
– Никого и ничего, что вызвало бы подозрения.
– Спасибо, – поблагодарила Катя. – Вы мне очень помогли. Как мне проехать к этой станции?
Он махнул рукой:
– Спускайтесь вниз, там увидите железнодорожные пути. Свернете влево, к ней и подъедете. Всего доброго.
Зорина побрела к машине, рассуждая на ходу. Выходит, пообещав парню привести помощь, девушка почему-то своего намерения не выполнила. Интересно, почему? Что ей помешало? Как она могла бросить парня в беде? Или… все было не так, как рассказывает Сергей? И куда она делась? Почему не позвонила матери или Савичеву, если чувствовала, что ей угрожала опасность? И на этот вопрос она не могла ответить.
Снова многострадальный «Ланос» повез ее в нужном направлении. Журналистка и не надеялась найти свидетелей. Да и какие свидетели на железнодорожной станции? Люди постоянно меняются, приходят и уходят. Об этом тоже подумала Зорина, когда поставила машину и поднялась по ступенькам на крошечный перрон. Женщины и мужчины с хозяйственными сумками и мешками, наполненными фруктами и овощами, лениво переговаривались в ожидании электрички. Журналистка хотела подойти к ним и поинтересоваться, не видели ли они здесь когда-нибудь Инну, как вдруг ее внимание привлекли бабушки, продававшие семечки и орехи. Женщина подошла к ним.
– Здравствуйте, – она достала телефон и нашла фотографию Инны. – Не проходила ли здесь эта девушка?
Каждая по очереди посмотрела снимок.
– Что-то знакомое, – произнесла первая, в белом платке. – Зинаида, – обратилась она к подруге, – а это случайно не твоя квартирантка?
Рыжеволосая Зинаида с пучком жидких волос взяла в руки телефон:
– Очень похожа. Скорее всего, она. В белой маечке, с ссадинами на лице и руках и с рюкзачком за плечами?
– Да, – Катя боялась спугнуть свою удачу. – Вы ее видели?
– И не только видела, – пояснила бабушка. – Ночь она у меня провела.
– Ее звали Инной? – Зорина затаила дыхание.
Старушка покачала головой:
– Вот как ее имя, не спросила. Скажу тебе, милая, что она торопилась на электричку до Мидаса, но не успела – та за десять минут до ее появления ушла. Следующая была следующим утром, мы так ей и сказали.
– А она расстроилась, – подхватила третья бабушка. – Да так расстроилась, что нам ее жалко стало. Вот Зинаида ее и приютила на ночь. Да, Зина?
– Да, – согласилась рыжеволосая, явно крашенная хной торговка. – Приютила. Она у меня переночевала да на станцию пошла, прямо к электричке.
– Она кому-нибудь звонила? – полюбопытствовала журналистка. Старушка наморщила лоб:
– Нет вроде.
– И ничего вам не говорила?
– А почему она должна была со мной разговаривать? – удивилась торговка. – Приютила, денег не взяла, что в наше время редкость, – и спасибо.
Катя почувствовала, что женщина чего-то недоговаривает.
– Эта девушка пропала, – призналась она. – Вы уверены, что она собиралась ехать в Мидас?
