Двум неопытным парням хватило совсем немного времени, и первым излился Димка. Он содрогнулся, когда громыхнул очередной раскат, выплескивая, вцепившись зубами в собственное запястье и быстро дроча Игорю, который чуть слышно рыкнул и последовал за Димой.
Гроза уходила все дальше, гром отдалялся, и капли дождя барабанили в стекло, умиротворяюще, убаюкивая.
Свечи потухли, а двое лежали обнявшись, прижавшись друг к другу, и их дыхание выравнивалось, и сердца успокаивались, стуча размеренней, спокойней. Глаза обоих были открыты, в них таяла послеоргазменная дымка.
Туча ушла, и из-за облаков появился месяц. Тонкие рожки новорожденной луны иногда закрывались ими, как туманом, но гроза ушла дарить свою грозную песнь другим влюбленным, и земля, напоенная дождем, засыпала.
***
А парням не спалось.
- Теперь ты как? Сможешь мне так же?
- Смогу, - отозвался Гор с уверенностью, которую на самом деле не ощущал, но решил из кожи вывернуться, а сделать всё, чтоб Димке понравилось.
Правда, пока что нравилось ему самому. Потому как ловкие пальцы Димы легонько теребили соски, а зубы осторожно и влажно прикусили мочку уха. А потом губы помяли крошечный бриллиантик в мочке, язык скользнул внутрь уха, посылая дрожь по телу, отчего лежащий на боку член заинтересованно дернулся вверх.
- Дим, я уже хочу, - тихо проговорил Гор, проводя ладонью по теплому бедру и ноге, устроившейся поперек его коленей, - а ты как, сейчас? Или завтра?
- Смеешься, «завтра»? Потрогай!
Гор с удовольствием потрогал. И еще раз потрогал. А потом сжал в руке и стал двигать ею вверх-вниз, ощущая, как наливается и становится в боевую стойку Димкино достоинство.
Похоже, и Игорю сегодня придется сладко потрудиться, и он приступил.
Новичок в этом, но любовь и терпение делали свое дело.
Игорь внимательно вглядывался в так ясно различимые в свете луны глаза с синей, а сейчас совсем темной радужкой, чтобы не пропустить отголоска боли и остановиться вовремя.
Бронзовые ноги на плечах, а дыхание у Димы, хоть и прерывистое, не от волнения – возбуждение нарастает, и сильные пальцы сжимают Игоревы руки - «действуй!».
И, уже не страшась, сочащаяся смазкой плоть раздвинула девственные стенки, пробралась внутрь медленно, нежно, а ведь это чертовски сложно: как же он сейчас оценил Димкину бережность к его телу, Димочка, сладкий мой, прости, не могу удержаться - и яички ударились о ягодицы, когда Гор быстро вошел до конца.
Димка запрокинул голову и сдавленно охнул: Игорю повезло с первой же секунды попасть по простате, когда входил. Дима двинул бедрами вверх, стараясь прижаться, стараясь не обращать внимания на заметную боль, только бы еще раз ощутить это волшебное… Да! Гор мотнул головой, закусив губу. Вся его решимость быть осторожным испарилась, когда Димка, его страстный Димка, вскрикнул и судорожно сжал его внутри себя, старательно двигаясь навстречу. Но так не очень удобно, так можно и промахнуться мимо бугорка, дарящего искрящиеся ощущения, или даже жестко проехаться по нему, сделав больно, а потому Игорь твердо зафиксировал захлебывающегося наслаждением друга и вбивался, вдалбливался в него, даря упоительное чувство правильности и абсолютного блаженства.
Дима подчинялся сильным рукам, Дима только вскрикивал и хватался ладонями за спину Игоря, колени прижались к груди, он сложился почти пополам – родной, любимый, единственный, бери же, как же я тебя хочу, еще, еще! Ни слова из этого произнесено не было, но Гор слышал сердцем, Гор видел глазами души, Гор бился изо всех сил, толчок-толчок туда-обратно, внутрь-наружу, выйти почти до конца, теперь назад, глубже!
Любовь вела, а может, и удача – с первого же раза Димка ухитрился словить бешеный оргазм. Он закричал, выплеснулся себе на живот, все его существо ритмично сотрясалось, сжимая внутри Гора. Игорь жадно лизнул влажную, солоноватую шею, присосался к плечу и замер, содрогаясь.
***
- Солнышко мое, вставай! – Гор потормошил разнеженного Димку, пробежавшись по его торсу ладонями. – Нет, ты весь вставай! – рассмеялся он, легонько сжав утреннюю крепкость через простынку. – Я звоню нашим, ок?
- Угу, - бедра вильнули вслед за ускользнувшей рукой, - ты первый в душ…
- Засоня, – Дима получил сладкий утренний поцелуй и снова провалился в дрему.
Утром Гор постоянно ловил смущенные и виноватые взгляды Димы, пока, не выдержав, не спросил:
- Что?
- Ну… - замялся Димка, - больно?
- Терпимо, непривычно… и хватит уже страдать! Я все равно тебе отомстил!
Дима, сияя, обнял Игоря:
- Я не против, чтобы ты отомстил мне еще несколько раз, много-много раз, и вообще мстил и мстил всю жизнь.
Сразу после душа, Игорь позвонил Эдику, пригласил в кафе на днюшку, с удивлением узнав, что тот, оказывается, ночевал у Вадима. Везет же, когда у твоего парня есть отдельная квартира, пусть и съемная!
