Дима, конечно, предлагал и Березовского в модели, вместе, мол, будем сниматься, но, во-первых, блондин мог соперничать с Арсениным, Гудов профессионально давно оценил и плечи, и зад, и весьма интересное лицо, а во-вторых, уж больно рьяно друг защищает девственность своего Димона. Ну вот не верит, что бронзовый мальчик ему нужен не для того, чтоб попользоваться!
- Ну ты не Гор, прям, а Горыныч! Игореш, - Игоря передернуло от такого панибратства, - я же не на ночь его хочу, ты пойми! У нас всё серьезно! – говорил Гудов, дожидаясь с небольшой орхидеей в прозрачной пластиковой упаковке, когда закончится работа у темноволосого красавца.
- Какие «у нас», блядь? Он тебя знать не хочет!
- Так это сейчас. А если я не просто с цветочками-цепочками? А если я хочу, чтоб он моим навсегда был? Партнером, чтобы всё на равных? Чтобы мы по жизни вместе шли, вот как у меня мать с отцом - тридцать лет и ни разу не поссорились.
И Валера, эдак мечтательно закатывая глаза, добавил:
- Я ж мужское тело знаю до последней клеточки, я б ему небо показал в алмазах! Только б уговорить его, а там он и сам от меня никуда не денется. Вот ты его друг, неужели не хочешь, чтоб Димочке хорошо было? Я ж для него ничего не пожалею, будет жить со мной, ни в чем отказа не зная. Захочет машину, шмотки любые. Ты б поговорил с ним по-дружески.
- Я поговорю, - проскрипел Игорь, - так поговорю… - перед глазами мелькнуло что-то вроде расчлененки, где главную роль играли детородные органы чертова педофила.
- Может, подпоить его слегка, он расслабится и сам согласится, - не зная о кровавых мыслях визави, строил Валера воздушные замки.
- Сколько раз повторять тебе, что он не гей?! Да еще несовершеннолетний, в школе вообще-то учится. Не боишься сесть за совращение?
Но тот продолжал на своей волне:
- Я б его всего облизал, начиная с кончиков пальцев на ногах и заканчивая его прекрасными ушками. Он идеал, совершенство.
«Я его сам оближу», - угрюмо подумал Гор.
Анна была на нервах уже бог весть сколько времени. Бедный Варфоломеюшка, конечно, давно погиб под колесами машины… или его загрызли собаки… или… о боже, сколько ужасов она передумала, даже галлюцинации стали посещать: несколько раз слышала его тоскливое мяуканье у подъезда, выбегала. Никого.
Да еще Эдичка практически переселился к своему Вадиму, а ведь отец скоро из рейса придет… ну все одно к одному!
Но сегодня так выстроились звезды, что Анна пошла выносить мусор поздно вечером и увидела… Господи, есть ты на свете!
Прямо у подвального окошка – ободранная серая кошка с обмороженной половинкой хвоста, гордая и независимая, снабдившая полдвора котятами своего производства, и Он!
- Варфа... - простонала Анна, прижимая к себе отчаянно чешущегося кота, - ну ты глянь на нее! Худая, облезлая, проплешина на шее, и глаза слезятся! Ты за ней бегал, что ли? Рыженький! Всё время рядом был! Ну не вырывайся!
Мадам презрительно дернула ухом и скользнула в подвал.
- Мммйяа! - запротестовал Варфоломей, но решил больше не дергаться... от хозяйки завлекательно пахло: только сегодня она делала фирменные канапе с креветками. Так и быть. Неси домой.
***
Марина с Дашей уехали в санаторий «Матери и ребенка» на весь июнь, Игорь остался приглядывать за квартирой, а Диме было предложено составить ему компанию, чтобы тот не скучал.
При подписании временного договора Дима указал адрес Игоря, и Гудову, который каждое утро заезжал за ними, чтобы отвезти на работу, было очень любопытно, с чего это они живут вместе.
Потом в разговоре он смог ненавязчиво выяснить, что Игорь остался один на целый месяц, и Дима, как верный друг, поддерживает его.
Валера, следивший за Димой пристальнее, чем микробиолог за бактериями в микроскоп, замечал, какие взгляды тот бросал на Березовского, когда думал, что этого никто не видит. Он представлял, как Димочке должно быть тяжело находиться с предметом своих воздыханий под одной крышей и прикидываться просто другом. Поэтому к Березовскому отношение было двояким: Валеру восхищала стойкость Игоря, он не представлял, как вообще хоть один человек любого пола и возраста мог бы устоять перед красотой и совершенством Арсенина, с другой стороны, он тихо ненавидел Гора за то, что тот мог находиться рядом с Димой и в конце концов мог и сам вдруг заметить отношение к себе друга, а также эти самые его красоту и совершенство. Ну ничего, скоро в фирме намечается корпоратив, народу явится столько, что Березовского удастся где-нибудь в толпе потерять, и тогда Димочку можно будет очаровывать сколько угодно.
***
Дима легко обвел кончиком пальца скулу, очертил контур лица, скользнул к уху, заправил за него прядь белых волос. Гор смотрел, не отрываясь, в глаза Димы, изредка облизывая губы. Дима в очередной раз проследил за языком, наклонился вперед и сам припал к такому манящему рту.
- Дим, - сказал через некоторое время Игорь, отдышавшись, - как ты думаешь, неужели действительно туда нужно лезть пальцем? Вот зачем? Это ж противно.
Дима моргнул, пытаясь понять, о чем это говорит Гор.
- Ты об этом… Ну, пишут же, что растянуть нужно.
