Сашка этим летом поступил в крутой лицей в центре города и на свой первый звонок уехал еще час назад. Вообще-то он хотел поступать в спортивный, но Наташа категорически воспротивилась, считая, что раз Бог дал мозги, то и нужно их применять, а спортом можно любительским заниматься, раз уж так хочется.
После торжественной линейки родители, предупрежденные учительницей еще на собрании в конце августа, что у детишек будет всего один вводный урок, разбились на кучки и остались под школой беседовать. А когда вышли их детки, то Наташа с Мариной совсем не были готовы к тому, что учительница попросит задержаться родителей Игоря Березовского и Димы Арсенина. Валерка, смекнув, что дело нечисто, позвал мальчишек погулять.
Они отошли в сторону, и Лариса Анатольевна разразилась бурной речью, из которой мамы поняли, что после рассказа о празднике – Дне знаний, она стала пересаживать детей на постоянные места, но их детки воспротивились и сказали, что будут сидеть только вместе.
- Вы понимаете, что это подрывает мой авторитет, - жаловалась учительница, совсем молодая женщина, не зная, что она уже преподает в школе, больше восемнадцати и не дашь, - ученики с первого дня должны уважать и слушаться меня. Но ваши дети ни на какие доводы не реагировали, а я не хотела настаивать, потому что, если бы они все равно заупрямились, то и другие ученики могли пойти у них на поводу, а это совсем недопустимо.
- Но ведь нет такого положения в школьном уставе, которое запрещало бы им сидеть вместе, - мягко сказала Наташа, хотя глаза ее недовольно сузились.
- Дисциплина – первая ступенька к знаниям, поэтому друзья не должны сидеть вместе – они будут постоянно отвлекать друг друга, - твердо сказала Лариса Анатольевна.
- Очень хорошо, посмотрим, как они будут учиться, и если то, что они сидят вместе, учебе не помешает, то и пусть сидят, - вклинилась Марина, пока Наташка не начала метать громы и молнии, как это обычно бывало, когда речь заходила о детях.
Независимо от того, правы дети или нет, Наташа сначала всегда их защищала, доказывая, причем достаточно аргументированно, что правы, и только потом дома в спокойной обстановке разбиралась, что не так.
Подруги попрощались с учительницей и пошли к выходу со школьного двора. Школа представляла собой квадрат с внутренним двором, где и проходили все линейки, в одной стене была арка с решетчатыми воротами, закрывающимися на ночь, через нее и осуществлялся вход-выход. Вот там-то их и ждал Валерка, присевший возле зареванного Димки с разодранными на коленях новенькими брюками. Рядом стоял бледный Игорь.
- Ну что еще, - обеспокоенно спросила Наташа, прижав к себе сына, - сильно расшибся? И как ты только умудряешься? – и тут же к мужу: – А ты куда смотрел?
- Ничего, до свадьбы заживет, - утешительно сказала Маринка.
- Когда еще та свадьба, - пробурчал Игорь.
- Оглянуться не успеете, как вырастите и переженитесь, - усмехнулся Валера.
Глава 2
Ребята учились старательно и почти на отлично: Димка потому, что нравилось, Игорю учиться совсем не нравилось и не хотелось, но он боялся, что если не будет стараться, то их рассадят.
Одноклассники были вполне нормальными и вменяемыми, хотя как из очень обеспеченных семей, так и из совсем ниже среднего уровня, к тому же со многими они уже были знакомы по детскому саду. Лариса Анатольевна изо всех сил сплачивала и сдруживала их, она не позволяла в классе развиваться всяким кланам, обосабливаться в группки, типа элиты и их шестерок, присваивать кликухи и тому подобные вещи, обычные для школьников. Наоборот, учила их тому, что школа пусть и не дом родной, но класс – это в какой-то степени семья, и все они должны друг за дружку горой, а в семье никакие унижения недопустимы – только поддержка и забота.
После первого урока первоклашкам давали молоко с булочкой – бесплатный завтрак, организованный мэрией. Гошка молоко терпеть не мог, приходилось носить с собой из дому чай в маленьком термосе, приготовленный мамой, но теплую ароматную булочку съедал с удовольствием, а Димка молоко любил и с удовольствием выпивал и свое, и друга. Молоко с булками приносили в класс учительница с дежурными. А после четвертого урока их, построенными по двое, водили в столовку на такой же бесплатный от мэрии обед. Это было уже хуже, так как больше половины того, что там подавали, Дима не ел, и его мама сразу предупредила учительницу, чтобы даже не вздумала его заставлять. По какой-то непонятной никому причине Димка был вегетарианцем, может, не совсем истинным, так как молочные продукты и яйца он ел, но мясо и рыбу ни в каком виде. А уж те мясные изделия, что подавались в их столовке к пюре или кашам, вообще ни за что на свете, но их даже не каждый не вегетарианец есть мог.
