Он думал, что потерял её. Все попытки встретиться и увидеться уже никогда не будут успешны. Как? Если тебя просто не хотят видеть.Она считала, что потеряла частичку себя, вырвала из души часть жизни и похоронила в той жуткой аварии. Но осталась вторая половина, и с ней можно жить.Однако одна глупая случайность изменила всё. И вот они вместе: учатся в одной группе, видятся каждый день и постепенно сходят с ума, пытаясь не ворошить прошлое.Но прошлое настигает само, срывается с языка… и рушит любые преграды.
Вера. Не надежда, не любовь, а именно вера. Иногда именно она заставляет держаться, хоть и умирает чуть раньше надежды…
И его Вера стояла сейчас перед ним: горящие в полутьме глаза, упрямо сжатые губы, гордо вздёрнутый подбородок, растрёпанные волосы, от влажности слегка кудрявящиеся на кончиках. Настоящий ангел-мститель, от которого нигде не скрыться! Правда, ангелы вряд ли идут на дело в короткой пижамке с шортиками и надписью «Life is Strange» на груди – то ли просто лозунг, то ли что-то из игр или сериалов.
Впрочем, стоило отдать этой пижаме должное: выглядела в ней девушка просто потрясающе! Особенно ноги, и задница, и вот эта полоска кожи, виднеющаяся между поясом шорт и короткой маечкой, и…
– Ди-им? – недовольно протянула Вера. – Ну что, теперь проснулся?
– Вроде бы… – пожал плечами он, как можно более незаметно прикрываясь простынкой.
Голого торса он не стеснялся, фигура для его возраста была просто отличной, но дурацкие боксеры в полоску стоило спрятать. И не только их. Потому что Вера, ничуть не стесняясь, заявилась к нему в пять утра. В пять грёбаных часов утра! Что вообще может заставить адекватного человека вылезти в такое время из кровати?
Стоп. Из кровати, которая находится в двух кварталах от его дома?
– Что ты здесь делаешь? – прошипел Димка, окончательно просыпаясь. Потом осмотрелся, прикинул, что родителей они всё равно не разбудят – предки спали через пару комнат и иногда даже не слышали, как он по ночам включает музыку, – и чуть повысил голос: – Как ты тут оказалась?
– Через окно, – заявила та, словно это было что-то само собой разумеющееся. – Пришла поговорить.
Только сейчас Дима заметил грязь у неё на руках и маленькую содранную ранку на коленке, а ещё стало понятно, почему же и где у Веры настолько успели растрепаться волосы.
– Твою ма-а-ать… – выдохнул Дима, хватаясь за голову. – Вероцкая, ты серьёзно?
– Серьёзнее некуда, – хмуро отозвалась та, скрещивая руки.
Грудь девушки от этого слегка приподнялась, аппетитно вырисовываясь в вырезе пижамной майки. Димка сглотнул и отвёл взгляд, отчаянно жалея, что летом спит исключительно под простынями, игнорируя нормальные одеяла. Такими темпами придётся менять привычки.
Когда он вновь поднял голову, Вера стояла ещё ближе, слегка склонившись к нему.
– Здесь второй этаж, – обвинительно заметил Дима.
– Это помеха только для тебя, хлюпик, – фыркнула она.
Вера был его подругой детства и давно доказала, что может заскочить к ним на второй этаж даже в худшие времена (с вывихнутым запястьем), а уж сейчас она точно была в отличной форме. Девчонка из семьи потомственных военных, её и саму муштровали как спецсолдата.
– Ты пришла в пижаме! – ещё одно обвинение. – А здесь, вообще-то, два квартала.
– Ага, дачный посёлок и на улице никого. Время пять утра.
– Вот именно, время…
Договорить он не успел – на рот легла узкая ладонь, заглушая все дальнейшие возражения. Вера довольно ухмыльнулась, в глазах её мелькнул кровожадный огонёк, и Димка вдруг сообразил: подруга никогда не приходила просто так. Особенно по ночам.
– Новая игра? – предположил он, когда Вера убрала ладонь с его губ.
Впрочем, он бы с удовольствием ещё посидел вот так, когда нежные пальцы касаются кожи, а лицо её всего в паре сантиметров, нет, в десятке миллиметров от него, и тёплое дыхание щекочет щёку. Он бы даже предложил присесть себе на колени, если бы не… в общем, если бы они не были всего лишь друзьями, которые вечно найдут, из-за чего поссориться, а тело не выражало бы острое желание быть гораздо ближе.
– Дериглазов, какая, к чёрту, игра? – возмутилась Вера, отвешивая ему звонкий подзатыльник. Зато оказалась ещё ближе, мазнув ногой по его бедру.
– На плойку, – фыркнул он, потирая голову.
Вера в ответ посмотрела так яростно, что, умей бы она убивать взглядом, Дима давно бы уже лежал трупом в её ногах. К счастью, никаких иных спецспособностей, кроме мастерского влезания на второй этаж дачи друга, Вера не имела.
– Я. Пришла. Поговорить.
Она облизнула губы. Зубы на мгновение скользнули по нижней губе, клык прикусил уголок, заставляя Димку сглотнуть. Чёрт побери, нельзя, просто нельзя такой всей красивой являться посреди ночи в комнату вполне себе взрослого парня и заставлять его думать о том, КАК ты преодолела два квартала в дурацкой соблазнительной пижамке.
Нельзя!
– Это не могло подождать утра? – хрипло выдохнул Дима.
– Не могло. – Вновь сложенные на груди руки, вновь недовольно сморщенный носик, а потом вдруг приказ: – Встань!
– Чего? – опешил Дима. Мысли о том, чтобы поцеловать эти губы, не выходили из головы, затормаживая реакцию.
– Встань.
Дима замялся. Ну… нет, с какого перепуга? Это она явилась к нему под утро, чтобы «поговорить», вот пусть и…
– А, ладно!
Вера махнула рукой, обхватила руками его лицо и… поцеловала. Наивно и почти невинно коснулась губами его губ, задержалась на мгновение, а потом резко отшатнулась.
– Вот, – вспыхнув, выпалила она.
