– Прошу прощения, я… – Скажи, что ты большой фанат. Давай. Сделай это. – Писал вам в твиттере, но вы не отвечали на мои сообщения. Хотя я вроде видел, что вы отвечаете на чужие сообщения.
Фил Нейман задвигает очки на нос:
– Зачем вы писали мне в твиттере?
– Я – начинающий писатель, и… ну, в общем. Да. У меня были большие сложности в процессе, но… Кажется, у меня снова сложности.
– Какие это сложности?
– Ну, я почти закончил, но, если я закончу ее, произойдет кое-что ужасное… И если не закончу, тоже. Я не знаю, как это объяснить.
– Мы писатели, Оуэн.
– Адам.
– Неважно. Мы писатели, а значит, мы должны выбирать писательство прежде всего. Это – источник нашей силы, Адам, а также источник силы для тех, кто нас читает.
Адам сглатывает. Его читает не так много существ в этой вселенной, и ему очень не хотелось бы делать Разрушителя еще сильнее.
– Писать или не писать – это разве вопрос? – Фил хлопает Адама по плечу. – Продолжайте, юноша. Что бы мы ни делали и как сложно бы это ни было, всегда главное – продолжать.
И он удаляется, попиликав не пробившейся раскраской в воротах на выходе, – величественный, популярный и довольный своей правотой. Адам смотрит ему вслед.
Что за че-пу-ха?
Адам вздыхает.
В одном он прав: нужно продолжать писать. Ну и что, что от этого зависит судьба его родной Галактики. Ну и что, что он может умереть. Зато он умрет с дописанной книгой.
В конце дня он пробивает для себя одну единицу товара – и идет жить свой последний вечер на планете.
– Ой, это не Вероника Револьвер.
– Ой, это человек, который роется без спроса в чужих вещах.
– Извини, пожалуйста! – Маргарет приветственно целует его в щеку, и Адам выплевывает ее волос, попавший в рот.
Он обещает:
– Я принесу тебе твою Веронику Револьвер на следующей неделе.
Маргарет вытряхивает из его рюкзака купленную по дороге банку ананасов и что-то рассказывает. Адам не слушает. Его ждут закрывающая сцена и эпилог, а потом… будь что будет.
Вряд ли Разрушитель даст ему время на последнюю редактуру.
– Спасибо тебе. – Адам сгребает Маргарет в целомудренные объятия, умещая обе руки между ее лопаток. – За все, но в особенности за утренний кофе. И за то, что давала мне в школе носить свои кардиганы, когда те уроды-футболисты обливали меня слашем.
– Ты чего? – Маргарет замирает в его объятиях, будто бы от неосторожного движения он ударит ее током. Ее руки раскинуты, как у статуи Христа в Рио-де-Жанейро: в одной пульт от телевизора, в другой ананасы. – Что это за приступ сентиментальности, родной? Что случилось?
– Ничего такого, о чем тебе нужно беспокоится. Не буду же я тебе спойлерить судьбу Галактики, верно?
– Но я люблю спойлеры, – возмущается Маргарет.
– Что делает тебя той еще извращенкой. – Он коротко целует ее в висок. – Я иду писать. Если что-то нужно будет, давай в мессенджер.
Она смеется:
– Ой, какие мы деловые! – но больше тем вечером его не тревожит.
Завязка. Основные события. Кульминация. Развязка. Эпилог. Непонимающий Разрушитель:
– Разрушитель не понимает, – так и говорит он. – Хлоя ведь не нашла артефакт вечности?
– Не нашла. Но она нашла друзей, которые готовы продолжать с ней этот путь.
Сказать, что Адаму страшно, – преуменьшить, но пока Разрушитель больше похож на обиженного ребенка, чем на кого-то, кто вот-вот «расщепит его до протоматерии».
– Разрушителю кажется уместным здесь земной ритуал посылания к черту. – Он недовольно закрывает ноутбук Адама щупальцем. – К черту артефакт вечности. Разрушитель хочет знать, что произошло с Лорой и Стейси.
– Ну, Лора собирается отомстить Райану за то, что он обманул ее и оказался злым волшебником. Хлое-то известно, что Райан на самом деле двойной агент, но Лора не хочет с ней разговаривать, поэтому она об этом не знает.
– Разрушитель возмущен. И что же будет, когда Лора узнает?
Адам захлопывает крышку ноутбука и улыбается.
– А это ты прочитаешь в следующей части. Это будет цикл. Книги, думаю, на четыре. И еще у меня есть идея для приквела. Про Салли, ты помнишь ее?
Глаз наливается кровью, щупальцы агрессивно разрезают воздух, словно змеи на голове горгоны, а голос знакомо начинает раздаваться внутри головы:
– ТЫ НАРУШИЛ СВОЕ ОБЕЩАНИЕ, АДАМ.
Фоновая мысль в голове звучит как «Вау, Разрушитель освоил второе лицо! Глядишь, доживем и до первого», а основная – как «Не доживем».
– Подожди, – останавливает его Адам; он старается звучать серьезно, но ладони потеют, словно на первом собеседовании в жизни, и он шустро вытирает их о домашние шорты. – Ты хотел, чтобы я дописал, – я дописал. Никого еще не убивали за открытую концовку.
Весь вид Разрушителя гласит, что в таком случае Адам станет первым.
– Но у меня есть идеи для продолжения! Я уже начал набрасывать план. А пока ты будешь ждать…
Адам лезет в рюкзак…
– У меня есть кое-что для тебя. Знаком ли ты с человеческим ритуалом дарения подарков?
Ну, то есть вторую
