Ванда сохранила свою свободу и даже получила возможность продолжить обучение. Близится первый бал академии, и впору вздохнуть с облегчением, но тени прошлого вновь встают у нее за спиной.Они не отпускают, вынуждая Ванду искать правду о своем рождении и о том, кем она является на самом деле. И чем больше ищет, тем сильнее тьма сгущается вокруг нее. Но в этот раз девушка не одна. Поддержка Кристиана станет лучшим щитом, а огонь в руках горит все ярче, придавая сил. Сможет ли Кристиан укротить тьму, а Ванда – принять правду? И так ли важно это, если сердце уже открылось любви?
Кристиан уже не помнил, сколько проклятий мысленно произнес, пока король наконец изволил убраться из академии. Казалось, что не осталось ни одного уголка Арда, куда не вздумал из любопытства заглянуть их надоедливый монарх. Кристиан был зол и неистово желал придушить венценосного гостя, сопровождая его мрачным демоном. Титанических усилий стоило изображать покорность и радушие.
Что ж, слова короля слышали многие, и не только руководство Арда. К сожалению, проклятые маги воздуха и инрэйги обладали отменным слухом. А Ламон постарался, голося на весь Белый зал, как раненый ханка. Сплетен не остановить. Скоро каждый будет знать, что Ванда – приемная дочь Синхелма. Ему было плевать на данный факт. Но не мелким напыщенным снобам, то бишь воспитанникам академии.
Ванде придется нелегко. Он мог бы хоть завтра потащить ее в храм и принудить дать брачную клятву, чтобы заткнуть всем рты. Но понимал, что этим только подтвердит, что окружающие правы. Не бежать, не стыдиться, не отчаиваться, ходить с высоко поднятой головой. Она упряма, и как бы ни болело сейчас сердце, девушка справится. Ему же остается только поддержать ее, как и обещал.
Трин… Так это настоящее имя? Кем же были ее родители, где ее семья? Действительно погибли во время войны? Хотелось добраться до Синхелма и долго пытать, чтобы немедленно рассказал всю правду!
– Что не так с этими студентами? – сердито спросил Кристиан, шагая по коридору в компании не желающей отставать Вильят.
Он прекрасно слышал, как шептались с удивлением и неким пугающим почтением смотревшие на него воспитанники Арда. Король покинул академию, давая всем возможность вздохнуть с некоторым облегчением. Рэйвану удалось разогнать остальное руководство, но Селма словно прилипла, сопровождая его в кабинет. Демонстративно отослать проректора он не мог, нелепо было бы и использование медальона, чтобы самому исчезнуть. Проклятье… Он желал быть в другом месте, но должен играть роль ректора.
– Все говорят о твоем мужестве, – взволнованно вздыхая, отозвалась Вильят. – Или это было безумие? Временное помутнение рассудка?
– Я же предупреждал, дорогая Селма, что не стану врать королю. И всего лишь сказал правду. В любом случае поступил бы так же, – сдержанно пояснил Кристиан, поднимаясь по лестнице на третий этаж, к своему кабинету. – Только эта единственная причина заставила меня рискнуть головой. Я уверен в своих словах, иначе выбрал бы иное.
– Ванда Синхелм приносит столько проблем! – Сама того не подозревая, Селма вновь вызвала у Рэйвана приступ ярости.
Глаза некроманта стали почти черными, он задержал дыхание, благо стоял спиной к говорливой женщине, перед дверью. Кристиан чувствовал, как черный рисунок проступал на его теле, поднимаясь по шее. Шумно вдыхая, а затем выдыхая уже спокойнее, Кристиан молча толкнул дверь и вошел в кабинет, позволяя проректору последовать за ним.
– Я не знала, что ты посещал Беренгард перед возвращением в академию, – проговорила она.
Селма остановилась у стола, наблюдая за тем, как Кристиан прошел к окну, открыл его настежь и впустил вечернюю прохладу.
– Ты знал о том, что эта девушка…
– Да, – коротко бросил он, не желая обсуждать подробности того, как именно открылась ему правда.
– И не сказал мне?
– А в чем необходимость такого откровения, Вильят?
Кристиан не обернулся, опираясь обеими ладонями на подоконник и подставляя разгоряченное лицо ветру.
– Сегодняшний день не стал для тебя ответом на этот вопрос, Кристиан? – нахмурилась проректор. – Стоило предупредить меня. И возможно, Фергас был очень даже прав, предлагая исключить встречу этой студентки с королем.
– Достаточно! – наконец обернулся Рэйван.
– Ты рискуешь своей жизнью ради этой сироты! – запальчиво воскликнула Селма, шагнув к нему. – Ты подумал, чем это может обернуться для академии? Это проблемы рода Синхелмов! Это не должно касаться тебя. Ты слишком добр! Как и твой отец.
– Я знаю, что делаю, Селма, – холодно ответил Рэйван. – И я поступил, как должен был поступить.
– Ах, моя голова! – застонала Вильят. – Ты сведешь меня с ума!
– Фемир Синхелм просил меня позаботиться о его дочери, видимо, предполагая подобную ситуацию. Ты же знаешь короля. Он простит своему любимцу что угодно.
– Но ты не его любимец, Кристиан. Тебе он не простит. Поэтому никогда больше…
– Тебе нужно хорошенько отдохнуть, Селма. Этот день принес волнения, но он почти окончен. Завтра все будет привычно нудно и скучно – все, как ты любишь. Ступай. Отоспись как следует.
Вильят нехотя подчинилась, и едва дверь закрылась за ее спиной, как Кристиан активировал медальон. Перенесся сам, прекрасно зная, что в обратном случае была вполне реальная угроза подпалить замок. Нет, он должен прийти сам. Оказался на одной из площадок, даже здесь ощущая жар разогретого воздуха. Рэйван прошелся по горячим камням, направляясь в сторону нужной ему части территории, отведенной боевому факультету.