11) Богу угодны — любовь, целомудрие, созерцание и молитва; а плоти угодны — чревоугодие, невоздержность, и все их возращающее. Посему–то сущие
12) Когда ум к Богу клонится; тогда имеет тело рабом, и ничего более не дает ему, кроме необходимаго, для жизни: а когда клонится к плоти, то порабощается ея страстям, и попечение о ней всегда творит в похоти (Рим. 13, 14).
13) Если хочешь избавиться от помыслов, уврачуй страсти: и тогда удобно изгонишь их из ума. Именно в отношении к блудной страсти — постись, совершай бдение, трудись и уединяйся; относительно гнева и печали, ни во что вменяй славу, и безславие, и прочия вещи земныя; относительно злопамятства, молись за оскорбившаго, — и избавишься.
14) Не примеряй себя к слабейшим из людей, а лучше разширяй себя в меру заповеди о любви. Примеряясь к людям, впадешь в пропасть высокомерия; а разширяя себя в меру любви, достигнешь высоты смиренномудрия.
15) Если точно ты хранишь заповедь о любви к ближнему; то из–за чего внедряешь в себя горечь досады на него? Не явно ли, что ты предпочитаешь любви временное, и за него заступаясь, войну поднимаешь на брата?
16) Не столько по нужде золото стало столь желательно людям, сколько потому, что чрез него многие удовлетворяют сластолюбию.
17) Три причины любви к богатству: сластолюбие, тщеславие и неверие; сильнее же двух первых неверие.
18) Сластолюбивый любит сребро, чтобы с помощию его наслаждаться; тщеславный, чтобы прославиться; а неверующий, чтоб скрыть и хранить его, боясь голода, или старости, или болезни, или изгнания, и на него, более надеясь, нежели на Бога, Создателя и Промыслителя всякой твари, даже до последних и малейших животных.
19) Четыре рода людей собирают богатство: три выше именованные, и четвертый, домовитый человек; очевидно, что один последний правильно собирает, дабы никогда не оскудевала рука его подавать каждому потребное.
20) Все страстные помыслы или возбуждают вожделевательную силу души, или возмущают раздражительную, или омрачают мыслительную: от чего случается, что ум слеп бывает, для духовнаго созерцания и молитвеннаго восхождения. Почему монах, особливо безмолвствующий, долженствует тщательно внимать помыслам, и причины их познавать и отсекать. Познавать же таким образом: вожделевательную силу души возбуждают страстныя воспоминания о женщинах, а их причиною бывает невоздержность в пище и питии, и частое неразумное обращение с женщинами. Отсекают же их — глад, жажда, бдение и уединение. — Раздражительную силу возмущают страстныя воспоминания о людях, нас огорчивших; причиною сего служат сластолюбие, тщеславие и любовещность из–за коих огорчается страстный, или что их лишился, или что не получил. Отсекает их ни во что — вменение и уничижение сих вещей из любви к Богу.
21) Бог знает Себя и знает создания Свои и Святыя силы знают Бога, и знают создания Божии. Но Святыя силы знают Бога и создания Его, не так, как знает Себя и создания Свои Бог.
22) Бог знает Себя из блаженнаго естества Своего, а создания Свои из Своей премудрости, с которою и в которой все сотворил: Святыя же силы знают Бога, сущаго превыше всякаго причастия, по причастию (Его ведения), а творения Его чрез восприятие сущих в них умных созерцаний.
23) Твари суть вне ума; а созерцание их он приемлет внутрь себя. Но не так это в Боге присносущном, безпредельном и неописанном, даровавшем всему сущему от Него и бытие, и благобытие, и приснобытие.
24) Святаго Бога, — разумею, Его благости и премудрости, причащается разумное и мысленное естество и самым бытием, и способностию к благобытию и благодатию приснобытия. Сею благодатию познает оно Бога; Создания же Его познает, как выше сказано, восприятием созерцаемой в тварях все устроительной премудрости, которая тонка, и слагается мысленно в уме.
25) Бог, приводя в бытие разумное и умное существо по высочайшей благости Своей, сообщил сим тварям четыре Божественныя свойства, их содержащия, охраняющия и спасающия: бытие, приснобытие, благость и премудрость. Из них два первыя даровал существу, а два последния нравственной способности: существу — бытие и приснобытие, а нравственной способности—благость и премудрость, дабы тварь соделывалась тем по причастию, что Он Сам есть по существу. По сему и сказано, что человек сотворен по образу и по подобию Божию: сотворен по образу, — яко сущий — сущаго, — яко присносущий — присносущаго, хотя и не безначально, впрочем безконечно; сотворен по подобию, яко благий — благаго, яко премудрый—премудраго, тем бывая по благодати, чем Бог есть по естеству. По образу Божию есть всякое существо разумное, по подобию же одни добрые и мудрые.
