ДОБРОТОЛЮБИЕ полностью

2) Но зачем предложил я вам такое предисловие? — Наперед скажу, — да не будет тяжело для вас слово сие, — что некоторые из вас устами чтут меня, сердце же их далеко отстоит от меня. Теперь объясню, — зачем? — Привзошла к нам теснота в телесных потребах, по причине плохаго урожая в предъидущие годы, равно как по причине наплыва лиц, посылаемых Богом из пучины мира в пристань обители нашей во спасение, а также и по причине прибавки странноприимниц и других приютов, так как мы находимся в этом царственном городе. Я огласил об этом всех, и, изъявляя глубокую скорбь и, тяготящую меня, заботу о способах удовлетворения потреб на текущий год, просил и умолял воодушевиться усердием на увеличение наших рукодельных произведений, больше чем положено у нас, напомянув при том, что нам, ищущим Царствия Небеснаго, всячески пристойно тещи путем тесным и прискорбным, на коем скорби и тесноты, алчбы и жажды, труды и поты, нагота и бедность, и другое подобное, и присовокупив, что Бог нередко попускает нам подвергаться небольшим искушениям, чтоб испытать, какова любовь наша к Нему, и охотно ли мы переносим, ради Его встречающаяся, прискорбности. — Вы тогда показали себя, как подобает и оправдали мои ожидания. Но как вы не имели истиннаго к Богу сердца и отблагодарили Его тогда только устами, то вскоре потом возроптали, тяготясь случившимся, и возстали не на Моисея какого нибудь, а на меня грешнаго, приговаривая: зачем он столько набирает этих, когда не может пропитать? И какая в этом нужда? И кто принуждает его набирать такое множество?

3) Вот сии–то слова надлежит мне оговорить и возвестить правду Божию, и указать меч Божий, грядущий на таковых, да не взыщется от рук моих грешных кровь погибели их. — И во первых, они, как не настоящие сыны мои, сказали не обще со мною: зачем мы принимаем; но, как детища чужия и недобрыя, сказали: зачем он принимает, — и тем исключили себя из общения со мною. — Потом, хоть они и так сказали, все же они виновны и достойны осуждения, потому что, как поется в псалмах, клеветаша на Бога и реша еда возможет Бог уготовати трапезу людем сим (Пс. 77, 19. 20), — такому множеству? Разве я доставитель пищи, или разве я приношу плоды, или наполняю житницы? И опять разве я самопроизвольно и самовластно принимаю приходящих и умножаю братство? — Не Сам ли Господь и Бог питатель есть мира, отверзающий руку Свою и исполняющий всякое животно благоволения? (Пс. 144, 16). Не Сам ли Он говорит: ищите прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам? (Мф. 6, 33). Не Сам ли воодушевлял малодушествующих говоря: воззрите на птицы небесныя, яко не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы и Отец ваш небесный питает их: кольми паче вас маловери? (Мф. 6, 26; Лк. 12,28). Потом, чрез некоего премудраго, не Он ли внушает: кто верова Господеви, и постыдеся? или кто пребысть в страсе Его, и оставися? или кто призва Его, и презре и? (Сир. 2, 10). И опять чрез Евангелие не Он ли обещает: грядущаго ко Мне, не иждену вон? (Ин. 6, 37). И не Он ли повелевает: оставите детей приходити ко Мне и не браните им: таковых бо есть Царствие Божие? (Лк. 13, 16). Много и других мест Писания есть согласных с сим. Что же вы возстаете на меня беднаго и, в языкоболии своем, буесловите?

4) Вы, как видится, некие Израилиты есте, избавленные от руки Фараона невидимаго, от горькаго плинфо–делания в рабстве страстям, и от темнаго Египта мирской суеты, — воторые потом, при прохождении пустыни подвижнической прискорбной жизни, когда встретились тяжелыя прискорбности, не возблагодарили Бога и не воздали славу Ему, чтоб, ради такого добраго расположения, пришло потребное по Божию промышлению, но возроптали на Бога, говоря как бы: лучше бы нам умереть в Египте, припоминая котлы Египетские и разумя под ними каждый, что наиболее услаждало его в мире. — Но вы знаете, что тогда пострадали такие ропотники: никто из них не сподобился внити в землю обетованную, и кости всех их пали в пустыне. Боюсь, чада, не пострадать бы и нам тогоже, сделавши тоже, что и они. Но тогда было детство скинии и закона, ныне же — совершенство благодати и истины Христовой. И сделали это не миряне, но из числа нас, востекших на высоту Ангельской жизни.