Напоминаю вам, будем помышлять, разсуждать и разсматривать, — что мы, зачем мы, где мы и куда отойдем? — Мы творение Божие, дело рук Его, по образу и подобию Его созданные, имеющие власть над всем, сущим под небесем; ибо как написано, Он все покорил под ноги наши (Пс. 8, 7). Мы вторые после Ангелов, как они первые, по естеству. — Зачем мы? — Не за чем, как чтоб быть во славу державы Его, подобно Ангелам, чрез верное исполнение всех заповедей Его, — так как мы умалены малым чем от Ангелов (Пс. 8, 6), и еще менее будем таковы, когда совлечемся тления и облечемся в нетление. — Где мы? В месте изгнания, по прародительскому безсоветию, преслушанию и сластолюбию, перешедшему и к нам, потомкам его: о чем плакать подобает и рыдать, печалиться и стенать, помышляя о том, из какого благолепнаго извержены мы жилища, из какого Ангельскаго пребывания, какого блаженнаго утешения райскаго. — Куда отойдем? — В тамошний мир, в треблаженное Ангельское пребывалище, в светелую страну, в невечернюю жизнь, поели того, как на страшном всемирном суде, Судия всех и Бог, возседши на престоле славы, во мгновение ока разсудит все и восдаст каждому по делам его: соблюдшим заповеди Его даст стояние одесную, радость неизреченную, вкушение вечныхе благ, Царство Небесное, а преслушавших Его и по нерадению и сластолюбию учинивших зло — блуд, прелюбодеяние, хищение, зависть, убийство, распуство, нечистоту, отступничество, гордость, тщеславие и всякия другия виды зла, предаст вечным мукам: огню кромешному, червю ядовитому, тме тмущей, в тартар бездонный, — каждаго сообразно с собственными его грехами. Кто в премудрости, добре понудив естество, все претерпит мужественно, а если потребуется, то и умрет за добро, — тот в день оный просветится, как солнце, будет в части святых, в ликостоянии Ангелов, в веселии мучеников, в наслаждении Пророков и Апостолов. Но горе тому, кто за мгновенную сласть плотскую, за миролюбивый нрав, за скоропреходящия и ничтожныя удовольствия попадет там в оную бедственную часть стояния ошуюю, под немилосердое отвержение и невозвратное отслание на нескончаемыя муки, в неразрешимых узах, где только и слышится, что — увы и горе! — Нет избавления, нет изменения, нет человеколюбия, ни от Бога, ни от Ангелов, ни от Святых, во веки веков! О сем, чада мои, да помышляют все: и добре текущие и претыкающиеся, и сильные духом, и малодушные, и первенствующие и вторствующие, и теплые и хладные, и богатые и бедные добродетелями, и вообще всякой человек, всякое колено и всяк язык. Позаботимся и мы о сем, примем добрыя решения и потечем путем Божиим бодренно и напряженно, отвергши всякую страсть, как заразу; возденем руки наши к Богу спасающему, изъявляя готовность каждодневно претерпевать мученичество: кровоизлияние, членов отсечение, плоти строгание, костей сокрушение, а не только лишение какой либо пищи, или пития сладкаго, одежды тонкой, обуви хорошо сшитой, чести стояния и многаго другаго подобнаго, о чем смешно и говорить; чтоб, добре поживши здесь, по чину нашего звания, в смирении и послушании, и верно соблюдши обеты свои, изыти нам из здешней темницы радуясь, и с дерзновением предстать пред лице Бога, в благой надежде получить, обетованныя живущим во славу Его, блага.
151.
Из того, как приготовляются к состязаниям на мирских зрелищах выводить наставления и для подвизающихся в духовной невидимой брани. [2, 84].
