Сделали круг над городом. На земле среди множества воронок от бомб и снарядов Ершов обнаружил бесформенную кучу металла.
- Похоже на мотор, - сказал Маслов и спросил Ершова: - Сможешь посадить самолет поблизости от этого места?
- Что за вопрос? Конечно, смогу.
Оба самолета пошли на посадку.
Бесформенная масса металла и в самом деле оказалась мотором М-11 с самолета По-2. Ершов прочитал его заводской номер, затем заглянул в свою записную книжку:
- Это мотор с самолета Литвинова.
К летчикам подошли местные жители и солдаты военной комендатуры.
- Что ищете? - по-русски, хотя и с сильным акцентом, спросил пожилой мужчина, словак.
- Здесь погибли наши боевые друзья, - ответил Изотов.
Старик некоторое время стоял молча, опустив голову.
- Хорошие были у вас друзья, - наконец сказал он. - Они погибли, как герои. Не знаю, что у них случилось в воздухе. Но мотор гудел. А вот тут, - он показал рукой на разбитую неподалеку площадку, - были зенитные орудия. Самолет врезался в расположение артиллеристов. Немцы тогда многих своих недосчитались... А ваших ребят мы той же ночью в воронке похоронили...
"Не посрамим земли русской..." - вспомнил парторг слова Суворова перед вылетом.
Солдаты из комендатуры по просьбе Ершова принесли саперные лопаты. Раскопали землю в воронке. Да, это были тела наших летчиков - Дмитрия Литвинова и Ивана Суворова.
Ершов и Маслов, Изотов и Анисимов сняли шлемы. Обнажили головы и все, кто пришел сюда.
Минута молчания. Самая длинная минута на свете. Минута памяти и минута раздумий. Перед мысленным взором парторга полка Федора Изотова встал русский летчик Иван Васильевич Суворов, один из лучших штурманов в полку, не раз летавший на выручку к партизанам Белоруссии, Калининской и Смоленской областей. Отважный навигатор, отличный разведчик и бомбардир, совершивший свыше 500 боевых вылетов ночью...
Особенно тяжело было прощаться с Иваном Суворовым Георгию Маслову. Перед началом войны судьба свела их в одну эскадрилью. Отступали, оборонялись. И наступали. В одном строю. Под одним знаменем. И вот до Победы - рукой подать, все кругом оживает, цветет... А друг гибнет. "Прощай, Ваня! Пусть словацкая земля будет тебе пухом!.."
Летчики с помощью солдат военной комендатуры перезахоронили тела погибших, отдав им последние воинские почести.
Впоследствии на этом месте появится мраморный обелиск. И каждую новую весну будут приходить сюда благодарные словацкие друзья, каждую новую весну будут ложиться к его подножию живые цветы...
Комарно... Наши летчики прошли по узким улочкам города. Заглянули в крепость. На ее стенах еще сохранились орудия, из которых немцы стреляли по наступающим войскам Красной Армии, по нашим самолетам... В одной из комнат, вероятнее всего, штабе, на стене висела картина, намалеванная немецким художником: войска фюрера наступают, строчат из пулеметов, а русские солдаты в буденовках падают и сдаются на милость победителей. Маслов, плюнув, сорвал со стены эту мазню:
- К чертям! Власть переменилась!
* * *
4 апреля войска 2-го Украинского фронта освободили от немецких захватчиков столицу Словакии Братиславу. Перед летчиками полка встали новые задачи. Началось сражение за Брно.
Наземные войска, прорвав оборону противника и выйдя на оперативный простор, наступали мощно и стремительно. Одно направление - от Братиславы на запад, вверх по Дунаю, на Вену. Другое - по долине Моравы, на север, на Брно. И вот уже нашему самолету удается слетать за ночь только один раз: ходим на полный радиус действия.
Одна из таких ночей стала для нас особенно памятной: 17 апреля полк совершил налет на аэродром противника в двух километрах юго-восточнее Брно. Лидером атаки на этот раз стал экипаж старшего лейтенанта Григория Усольцева. Штурман экипажа Иван Чернышев вывел самолет на цель и сбросил сразу две САБ. "Фонарики" на парашютах высветили капониры, в которых были видны бомбардировщики и истребители.
- Гриша, держи капониры справа по борту! - скомандовал Иван.
- Есть! - ответил Усольцев, и через несколько секунд ампулы с горючей жидкостью устремились к земле.
Через каждые четыре-пять минут, сменяя друг друга, экипажи Комсомольского, несмотря на ураганный заградительный огонь, обрушивали бомбовые удары на стоянки самолетов, на аэродромные сооружения.
Затем полк несколько ночей подряд бомбил войска и технику противника в самом Брно. А 26 апреля город стал свободном от оккупантов.
Все мы чувствовали, что приближается час окончательного разгрома гитлеровской Германии. Нам было известно, что войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов в это время штурмовали Берлин. На побережье Балтийского моря в "котел" попала большая группировка немцев. Дело шло к победному концу.
И вот наконец для Комсомольского авиаполка наступила последняя боевая ночь. Ночь с 8 на 9 мая 1945 года.