А Пятый говорил, что это была плохая идея. Хорошо, что ему как всегда никто не поверил.
========== Часть 1 ==========
А он говорил Клаусу, что это была плохая идея. Пятый остановился перед дверью и посмотрел на устроившегося на скамейке рядом ребёнка. Девочка помахала ему ладонью и испуганно опустила руку, когда он по привычке нахмурился. Клаус приветливо улыбнулся малышке и, открыв дверь, толкнул брата внутрь.
Кабинет был белый. Нет, он был не просто белый, в нём всё сияло маниакальным блеском. Настолько всё было идеально. Учитывая, что во всём заведении это место было единственным чистым, становилось понятно, почему моющих средств на остальной детский дом не хватило.
Пятый десять раз пожалел о своём решении, навязанным ему, впрочем, чуть ли не всей семьёй сразу. Хорошо, пожалуй, что Клаус вызвался его сопроводить. В противном случае он давно бы развернулся уже и ушёл.
— Добрейшего утречка, — включив всё своё обаяние, Клаус осторожно пожал руку ждавшей их директрисе.
Она нехотя оторвала голову от бумажек, всем своим видом показывая, что её работа отвлекает её от её работы, и указала вошедшим на стулья. Пятый нервно посмотрел по сторонам, чувствуя себя до непривычного неуверенно. А чувствовать себя неуверенно он не любил.
Директриса тем временем выудила из ящика зелёную папку, у которой, можно не сомневаться, ещё была копия в чёрном переплёте, на электронном носителе и подписанная тремя владельцами организации: бывшим, нынешним и тем, которому было уготовлено её унаследовать.
— Мистер Фрэнк Харгривз, — пробормотала она, делая вид, что ей не всё равно, и она хочет вспомнить, кто к ней пришёл.
Директриса посмотрела на обоих братьев поверх очков. Подумав, кивнула.
— Двадцать четыре года, не женаты, — заметила она с истинным осуждением, присущим людям её возраста. — Вы аспирант? — уточнила она, заглядывая в личное дело, которое трудами Клауса и слухами Эллисон всё-таки добралась до этого стола.
Пятый кивнул и покосился на Клауса. Тот всем своим видом излучал максимально вежливое желание свалить отсюда нафиг. Впрочем, как и Пятый.
— Преподаете? — из праздного любопытства спросила директриса, захлопнув папку.
— Да, математику, — отозвался Пятый, наконец, найдя свой голос, который он, оказывается, не отдавал этой злой ведьме.
— Мы идём на большие уступки, доверяя Вам ребёнка, — сказала женщина. — Но у вас неплохое резюме, — она зачем-то хихикнула, — в шестнадцать лет, как настоящий вундеркинд, поступили на математический, да и сейчас верны своей кафедре.
— Ему там на стенах разрешают рисовать, — пояснил Клаус, за что был награждён очень, очень злым взглядом. Директриса нахмурилась, но профессионально пропустила выпад мимо ушей.
— Что ж, я думаю, мы можем…
Пятый покачал головой.
— Мне нужно покурить, — сказал он.
Резко поднявшись, он вышел из кабинета. Клаус вздохнул. Увидев недоверие в глазах женщины, торопливо попросил её подождать их здесь.
Директриса никуда идти и не собиралась.
Четвёртый выскочил за дверь следом за братом. Тот стоял у окна, скрестив руки на груди. Галстук Пятый ослабил, видимо, чтобы не душил. Ситуация и так была трудной, чтобы ещё с одеждой драться.
Клаус подошёл к брату и мягко положил ладони на его плечи.
— Я ведь знаю, что ты не куришь, — спокойно заметил он.
Пятый сделал глубокий вдох. Строго глянул на Клауса — надо сказать, чем взрослее становилось его тело, тем более внушительный казался его этот злой взгляд. Клаус похлопал его по спине и уселся на подоконник, загораживая вид из окна, который так не вовремя прямо-таки заинтересовал Пятого.
— Слушай, это было твоё решение, старик.
— Я провел один в апокалипсисе сорок пять лет, — напомнил Пятый.
Клаус снисходительно улыбнулся. Если бы каждый раз, когда он слышит от Пятого эту фразу, ему давали доллар, то долг Пятого десятилетней давности давно бы уже погасился.
— Потом одиннадцать лет один среди людей, — продолжил Пятый.
— Мы же всегда рядом, — обиделся Клаус. — Или я тебе кто, дерево?
Пятый смерил брата долгим взглядом. Клаус выдержал испытание на прочность, но только благодаря тому, что повзрослевший Пятый так и не стал выше, чем он. Тем более с высоты подоконника, на который Четвёртый так дальновидно забрался.
— Ты понял, о чём я, — огрызнулся парень. — Я не компанейский человек.
— Ну, если так со всеми разговаривать, — нравоучительно протянул Клаус. — И что, ты теперь спасуешь в последний момент?
Пятый покачал головой.
— Да брось, вспомни, как ты радовался, когда Эллисон разрешала тебе присмотреть за Клэр, пока та была маленькой.
Пятый расплылся в улыбке. Малышку он обожал, несмотря на свой сварливый характер.
— К тому же, ты же отлично ладишь со студентами, — пробормотал Клаус. — Почти даже не орёшь на них.
Пятый фыркнул. Ложь была слишком уж очевидной.
— Да пошёл ты, — беззлобно буркнул он.
— А вот это неблагодарность, — в тон ему подхватил Клаус. — Ты сам помнишь, каких трудов стоило добиться для тебя опекунства над этой девочкой, учитывая, что ты сам у нас непонятного года рождения.
Пятый вздохнул. И снова улыбнулся.
— Восемьдесят девятого, как и вы все, — сумничал он.
