Еще немало фрагментов чернело в отверстии раны в свете фонарика. София выбирала их щипцами и бросала на пол.
– Кевин! – снова послышался голос из рации.
Медсестра вздрогнула, закрыла глаза, задышала…
Голос в трубке выкрикивал что-то непонятное.
София и Йенс переглянулись. Валь кивнул, делая Бринкман знак продолжать, и та сосредоточилась на крупном фрагменте, который никак не хотел удаляться.
– Застрял, – выдавила она сквозь зубы. – Даже не знаю, что мне с ним делать.
– А оставить нельзя? – спросил Йенс.
– Острый, – покачала головой женщина. – Слишком опасно.
– Нам надо торопиться, – в один голос напомнили ей ее помощники.
София взяла пакет с кокаином, быстро смешала порошок с водой и промокнула рану, после чего вылила в пересохший рот Лотара очередную дозу героина. Теперь его лицо не было таким мертвенно-бледным, как раньше. Бринкман взяла юношу за запястье и прислушалась к его дыханию. И только потом снова взялась за щипцы. Осколок отделился от внутренностей, но из образовавшейся полости хлынула кровь – в большем количестве, чем можно было того ожидать. Открытая рана Лотара наполнилась ею, словно колодец грунтовыми водами.
– О боже… – выдохнула медсестра.
В рану влили новую порцию кокаинового раствора.
– Промокни, Михаил, – громко попросила София.
Асмаров приложил к ране пропитанное водкой полотенце, которое тут же окрасилось в красный цвет.
– Еще кокаина, Йенс, – скомандовала Бринкман.
Валь протянул ей пакет. София вскрыла его, подняв облачко мучнистой пыли, и высыпала содержимое прямо на рану. Все замерли в ожидании. Кокаин сделал свое – крови стало меньше. По крайней мере, на некоторое время.
В этот момент голос из рации объявил, что они уже в пути, и сердце медсестры подскочило к самому горлу.
– Сейчас мы зашиваем рану и уходим, – объявила она. – Помоги мне, Йенс.
Тот пальцами защипнул кожу над раной, и София приложила к этому месту степлер. Она старалась, чтобы стежки как можно плотней примыкали друг к другу, образуя сплошную цепочку, поверх которой Михаил налепил скотч.
– Теперь он должен лежать прямо, его нельзя сгибать, – сказала женщина.
Асмаров и Йенс принялись за работу. Они разбили кухонный диван на мелкие детали – весь, за исключением дощатого дна, на котором лежал Лотар. После этого Михаил зафиксировал скотчем руки и ноги юноши – на случай, если тот проснется.
Валь принес из гостиной набитую купюрами сумку.
– Это может нам пригодиться, – объяснил он, а потом склонился над телом Гормана и выудил из его кармана связку ключей. – Здесь есть гараж, – сказал он, бросая ключи Асмарову.
В лифте едва хватило места для носилок. Туда же Михаил внес связанного по рукам и ногам Лешека Смялы. В полном молчании компания спустилась в гараж.
В люминесцентном свете трубчатых ламп мерцали лакированные бока автомобилей. София и Йенс спрятали Лотара у дальней стенки, за чьим-то «Бентли». Лешека Асмаров засунул под джип и тут же убежал из гаража к прокатному автомобилю, припаркованному поодаль на улице.
В помещении с бетонными стенами стояла мертвая тишина. Бринкман осматривала Лотара. Жара у него как будто не было, пульс прощупывался слабый, но равномерный.
– София, – позвал ее Валь.
– Да, Йенс…
– Спасибо тебе.
– Это тебе спасибо.
– Он выберется.
– Да, он выберется, – согласилась София.
Но слова ее прозвучали вымученно и пусто.
По бетонному полу зашуршали резиновые покрышки. Это Михаил, дав задний ход, завел автомобиль в гараж. Затем он поставил машину поперек входа.
Лотара на носилках уложили на заднее сиденье.
Йенс направился к Смялы, склонился над ним и отлепил скотч возле его уха.
– Ты находишься в гараже, Лешек, – сказал он. – Люди дона Игнасио скоро будут здесь. Мне жаль, что все получилось не так, как ты хотел. Но у меня есть нож, и я оставлю его тебе, если ты ответишь на один вопрос. – Валь отодрал полоску скотча над ртом пленника, и тот тяжело задышал. – Где Арон, Лешек?
– Арон? А зачем он тебе? – Похоже, Смялы искренне удивился.
– Отвечай.
– Я точно не знаю. Он был в Перу, теперь где-то в Колумбии.
– Когда и где вы с ним должны встретиться в следующий раз?
– Ну… мы не планируем встреч заранее.
Михаил завел мотор. Пора.
Йенс вложил нож в связанные руки Лешека:
– Удачи.
И, хлопнув его по плечу, быстро удалился к машине.
Они выехали из гаража и свернули налево, всюду высматривая людей Игнасио. Но улица выглядела безлюдной.
Михаил нажал на газ до упора и повел машину из центра в северном направлении.
София не сводила глаз со своего пациента. Лотар был бледен, но дыхание его стало более интенсивным, как будто он начинал что-то чувствовать сквозь алкогольный и наркотический дурман.
– Куда теперь? – спросил Асмаров.
Бринкман чувствовала себя на грани нервного срыва.
– Сейчас он очнется, – сказала она.
– А какие у нас варианты? – развил начатую Михаилом тему Валь.
– За Лотаром нужен уход. Мы должны вывезти его из этой страны – таков первый наш вариант, – ответил Асмаров, вцепляясь в руль обеими руками. – Контрабанда – это больше по твоей части, Йенс, – продолжил он. – Как ты себе это представляешь?
