– Потом поехал бы в город и был бы там один, без вас, Михаила или мамы… Делал бы, что хотел… А потом позвонил бы Анне.
Майлз и Альберт говорили об Анне в первые дни их пребывания в Праге. Но потом юноша перестал вспоминать о ней. Майлз понимал его: Альберт не хотел ни с кем общаться – мазохизм, ни в коей мере не обусловленный внешними обстоятельствами.
– И что ты сказал бы Анне? – спросила Санна.
– Сообщил бы ей, что вернулся. И спросил бы, не завела ли она себе нового парня.
Компания не спеша двигалась по дорожке. Ренберг положила голову на плечо Майлза и обхватила его локоть обеими руками.
– И что, если завела? – полюбопытствовал тот.
– Тогда я пожелал бы ей всего хорошего и положил бы трубку, – сказал юноша.
– А если не завела? – Этот вопрос Санны на некоторое время повис в воздухе.
– Тогда я извинился бы перед ней за то, что так долго не давал о себе знать, и предложил бы встретиться, – ответил Альберт.
– И что ответила бы Анна, как ты думаешь?
Парень снова замолчал, на этот раз надолго.
– Она ответила бы «да».
– Ты уверен? – Майлз рассмеялся.
Альберт кивнул.
– Абсолютно.
– Звучит убедительно, – кивнул Ингмарссон.
Они держались в тени, потому что солнце вовсю припекало. Внезапно Майлз вздрогнул и оглянулся в сторону парка.
– Что там? – спросила Санна.
– Ничего. – Он поежился, как будто сбрасывая с себя наваждение.
– А что вы с Санной собираетесь делать? – повернулся к нему Альберт.
– Ну… То же, что и ты примерно…
– То есть?
– Будем вместе гулять по городу, – ответила за Майлза его подруга. – Обедать в кафе, дышать свежим воздухом в Юргордене, смотреть на людей…
– А дальше? В перспективе?
Майлзу снова что-то почудилось. Он оглянулся – сначала в одну сторону, потом в другую.
Ренберг крепче сжала его руку:
– Расслабься.
Ингмарссон послушался. Посмотрел на нее снизу вверх.
– Так что дальше, Санна? – повторил он вопрос Альберта. – Что мы будем делать дальше?
– Потом мы заведем ребенка, – ответила женщина.
– Мы сделаем это, – улыбнулся Майлз.
– Все рассчитывают на дедушку, который будет забирать его из детского сада, – съязвил Альберт.
– Рассчитываем, – улыбнулся Ингмарссон.
– Мечты… – задумчиво произнес юноша.
– Что мечты… ребенок?
– Нет, то, о чем мы говорим.
– Возможно, – согласился Майлз.
– А если так не получится?
– Тогда… – Ингмарссон снова огляделся. – Тогда мы будем продолжать жить, как живем.
– Что ты там высматриваешь? – забеспокоилась Санна.
– Ничего, – отмахнулся Майлз. – Так, почудилось… Вам не о чем беспокоиться.
Он сунул руку за пазуху и расстегнул кобуру.
– Нам пора возвращаться? – спросила Ренберг.
– Да.
Ингмарссон развернул кресло и направился к тому месту, где ждал Михаил с машиной.
– Видишь ли, Альберт, – продолжил он рассуждать, – между тобой и нами существует определенная разница. У тебя есть мама, которая делает все для того, чтобы ты как можно скорее воссоединился с Анной… Поэтому слово «мечты», которое ты употребил, скорее относится к нам. У тебя все будет в порядке, так говорят звезды. Все образуется, как оно всегда бывает с хорошими людьми.
И тут раздались выстрелы – отдаленные, сухие щелчки. На какие-то несколько минут все другие звуки перестали существовать, и вокруг стало непривычно тихо. Время остановилось. Майлз встретил взгляд Санны, полный страха, а потом – боли, когда две первые пули попали ей в спину и она упала на землю лицом вниз. Ингмарссон бросился к Альберту, и его правое плечо тоже вспыхнуло болью. Краем глаза он увидел отлетевший в сторону окровавленный кусок плоти. Следующая пуля ударила его в левое плечо. Падая, Майлз успел оттолкнуть инвалидное кресло Альберта в сторону.
Но выстрелы не смолкали. Пули свистели у него над головой. Две попали в нижнюю часть спины, еще две ударились в землю сбоку от Майлза в тот момент, когда он упал и потерял сознание.
Очнувшись, Ингмарссон услышал только тонкий свистящий звук, который, как ему показалось, и пробудил его к действительности. Похоже, это был ветер, который свистел в кронах. А потом громко закричали птицы.
Майлз лежал на земле и был не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Оглянулся на Санну – она застыла, как мертвая. Альберт… Инвалидное кресло откатилось куда-то за пределы поля его зрения.
Ингмарссон приподнял голову. Впереди в панике бежали люди. А потом он краем глаза увидел приближающегося сзади Томми Янссона. Тот быстро направлялся к Майлзу с пистолетом в опущенной руке.
– Вы живы? – спросил кто-то.
Ингмарссон оглянулся на голос. Он принадлежал парню лет двадцати пяти – тридцати, который лежал рядом на траве. Их взгляды встретились.
– Тот, кто хотел вас убить, идет сюда с пистолетом, – сказал этот парень.
– Оставь меня, – прошептал Майлз. – Помоги мальчику в инвалидном кресле, и бегите отсюда…
– Я позабочусь о нем, – ответил незнакомец. – Удачи, и да поможет тебе Бог!
Он быстро вскочил на ноги. Краем глаза Майлз видел, как он поднял опрокинувшееся кресло, усадил в него Альберта и убежал, толкая кресло перед собой.
Такие люди еще встречаются. Помочь ближнему – это у них в крови.
