– Пойман русскими? – уточнил баронет.
– По всем признакам – нет! – снова мотнул головой дипломат. – Просто изчез. Или благополучно сбежал и залег на дно, или… ликвидирован группой зачистки. В общем, акция по устранению Николая была выполнена на довольно высоком профессиональном уровне. И не удалась только из-за самоотверженных действий охраны царя. Точно установлено, что охранники в буквальном смысле закрыли своего суверена своими телами от пуль. Ну и «Кей Джи Би» сработали, как всегда, отлично – за сутки вскрыли всю цепочку нападавших, вплоть до организатора. Который, повторю, пропал.
– И сколько нам ждать, когда «Ар Эс Эс» развернётся в полную силу и начнёт проводить такие же акции? – спросил генерал. – Да тот же «Кей Джи Би» русские создали на пустом месте примерно за такое же время, и работать они сразу начали ударными темпами!
– Да, верно! – поддержал коллегу адмирал. – Что уж говорить о другой русской спецслужбе – «Джи Ар Ю»! Мы и узнали-то о ней случайно, а она уже опутала своими сетями всю Европу и Британию!
– Что ещё за «Джи Ар Ю»? – удивился баронет. – Как это по-русски? «ГэРэУ», что ли?
– И как это расшифровать? – заинтересовался лорд.
– «The Main Intelligence Directorate», – не очень уверенно сказал адмирал. – Простите, джентльмены, мы ещё очень мало знаем об этой структуре. Поняли только, что это вроде бы чисто военная разведка, в отличие от «Кей Джи Би» – службы безопасности.
– Ага, я понял! – сказал баронет и даже заулыбался, радуясь своей догадливости. Дождавшись всеобщего внимания финансист неторопливо и с некоторым «смаком» снова произнёс по-русски без акцента: – Главное разведывательное управление!
– Военная разведка, значит? – тихонько сказал генерал. – Мало нам было одной русской спецслужбы, так они ещё одну создали…
– Джентльмены, я не хотел вам говорить, пока не проверю информацию, но… Ладно… Скажу сейчас… – с некоторой опаской произнес дипломат. – «Кей Джи Би» и «Джи Ар Ю» – не всё, что есть у русских. Один из моих агентов самого глубокого залегания донёс мне, что русский царь имеет собственную, руководимую лично им специальную службу. Чем она занимается и какие цели перед собой ставит – неизвестно. Об этом можно только догадываться по её названию: «Гэ Пэ У» – «Джи Пэ Ю» – «The main political directorate».
– Обложили, ублюдки! – сказал генерал и грязно выругался.
На несколько минут в гостиной наступила тишина. Слышно было только треск поленьев в камине и позвякивание хрусталя – участники совещания активно налегли на алкоголь, купируя сильный стресс, вызванный неожиданными новостями.
– Так что будем делать, джентльмены? – выпив для успокоения нервов полную бутылку кларета, спросил лорд. На его бледных щеках наконец появился легкий румянец. – Империя не привыкла сдаваться варварам!
– Придумать что-то экстраординарное в ответ на действия русских мы пока не можем! – осторожно подбирая слова, сказал дипломат. – Они, надо признать, опережают нас на несколько шагов. Единственное наше конкурентное преимущество – развитая промышленность. Этот козырь и надо реализовывать!
– То есть – сидеть спокойно и наблюдать за событиями, как мы практически и делаем? – нахмурив брови, спросил лорд.
– Ну, не совсем так, милорд! – отрицательно качнул головой дипломат и его голос стал ещё более вкрадчивым: – У нас есть несколько очень интересных и смелых проектов, способных удивить нашего врага! Адмирал, доложите о реализации «Проекта Т»!
– Вот в этом проекте всё развивается отлично! – обрадованно вскинулся моряк. – Согласно последнему докладу – оборудование полностью готово, персонал обучен в достаточной степени! Если, как мы предполагаем, русские в этом году нападут на «старушку» Австрию, на море их ждет огромный сюрприз!
22 марта, едва земля здесь, на север от Кракова, просохла до такой степени, чтобы могла выдерживать вес тяжёлой техники, лейб-гвардии Лихославльский бронекавалерийский полк вошёл на территорию Австро-Венгерской империи тремя батальонными колоннами. Я со своим дивизионом самоходных орудий «Песец»[76] шёл в правофланговой колонне, которую лично вёл его сиятельство граф Александр Михалыч Рукавишников. Хозяин обронил в приватной беседе с бывшими стальградскими дружинниками, которые почти все сейчас занимали в полку командные должности: «Захотелось тряхнуть стариной, надоело на дворцовом паркете золочёнными шпорами звенеть!» Ну, наш славный командир – шутник-то известный: я, как его бывший секретарь, прекрасно знал, что во дворцах он бывает только на редких официальных мероприятиях, а всё время проводит или в ППД полка, или в Стальграде, спит по четыре часа в день.
