Ирина всегда доверяла своей интуиции, и когда подруга Алена предложила провести темный ритуал, все внутри кричало: «Не надо!!! Ничем хорошим это не закончится!» Но она поддалась на уговоры, утешаясь мыслью, что демонов не существует. Пусть Алена пощекочет себе нервы, сбрасывая негативные эмоции, и успокоится. Все лучше, чем реальные попытки прибить бывшего.Однако что-то пошло не так, и теперь на Ирину наседает самый настоящий демон, отказывающийся подчиняться, а еще нужно спасать подругу, жизнь которой висит на волоске.
– Да где же он? – шипела я сквозь зубы, пробираясь через густой кустарник.
Ветки так и норовили зацепиться за волосы. Моя еще недавно аккуратная прическа растрепалась, и пряди лезли в лицо. В одежде появились прорехи, хорошо еще, что я оделась просто и ее не жалко. После того, сколько я уже слоняюсь по этому проклятому лесу, моя белая рубаха из грубого полотна превратилась в тряпье, и по возвращении ее можно смело сжечь.
«Я чую воду», – сообщил мне Верный, мягко ступая рядом. Даже позавидовала его короткой серой шерсти. Давно мечтаю волосы остричь – мешают, но папеньку точно удар хватит. Если он простил мне эту выходку в шесть лет, поверив, что сделала я это случайно, то в восемнадцать такая отговорка уже не пройдет. Да что говорить, он мне спускаться в лабораторию на месяц запретил, когда я неправильно рассчитала ингредиенты для зелья, и взрывом мне опалило ресницы. Я тогда обрезала себе челку, пряча покрасневший лоб, и отец за сердце схватился, увидев меня с новой прической. Эх, самое жестокое наказание на моей памяти. Не знаю, как я тогда продержалась оборот луны.
Мой охранник бросал на меня сочувствующие взгляды, не в силах никак помочь. Если мошкара меня не трогала, отпугиваемая сбором трав в холщовом мешочке на груди, то противные ветки прошлись не только по волосам, но и оставили росчерки на руках и ногах, я молчу уже об исколотых босых ступнях. Кто ж знал, что вылазка под названием «Найти источник и быстро вернуться обратно» растянется почти на целый день блужданий. Я-то думала: перемещусь, пройду ритуал, в самом худшем случае проведу день в лесу, поваляюсь на бережку до вечера – и можно отправляться к бабушке.
Известие о близости воды было не первое и прежнего оптимизма не вызвало. До этого мы нашли уже три ручья, одно озеро, но все не то. Пришлось углубляться дальше в лес, расширяя круг поисков. Земля тут оказалась более влажной, видно, недавно дождь прошел. Еще, как назло, у меня нога поехала на пригорке, и я потеряла равновесие, скатившись в кусты.
«Посиди отдохни, я разведаю дорогу», – мысленно обратился ко мне Верный, и я не стала спорить. Выбрала место посуше и села, прислонившись к дереву. Провела по волосам, вытаскивая веточки. По ощущениям, на голове у меня настоящее воронье гнездо.
– Что же делать? – спросила у самой себя и потерла виски.
Моя затея уже не казалась такой гениальной, но и уйти ни с чем я не могла, слишком многое поставлено на карту. Подперев рукой щеку, задумалась. Время еще есть, и искать меня точно не будут. После громкого скандала с отцом я заявила, что еду к бабушке, а он знает, что раньше, чем через семь – десять дней та любимую внучку не отпустит. Да и попробовал бы папенька меня удержать! Проснувшейся силы уже хватало для заклинания переноса. Всего-то и нужно – сказать при свете луны, и вот я уже у нее.
Бабушка у меня самая лучшая и глава лунных ведьм! Больше всего на свете я бы хотела жить с ней в лесу в их обители, но угораздило же родиться принцессой. Или это мамочке не повезло короля встретить? Вот не могла она в лесу на обычного охотника натолкнуться? Нет, отца я очень люблю и своих четверых братьев тоже, но жить во дворце мне тяжко. Суть лунной ведьмы тянет в лес, и никакие парки вокруг дворца его не заменят.
Принцесса… Я посмотрела на свои испачканные руки с забившейся под ногти грязью и хмыкнула. Увидели бы меня сейчас родные в таком виде – не узнали бы. Но что поделать, по традиции к источнику нужно идти босиком, в одной рубахе, а из украшений иметь лишь венок из цветов на голове. От него я разумно отказалась в пользу ладанки из трав, и не прогадала. Не хватало еще помимо усталости и голода бороться с мошкарой.
Кстати, о голоде. Взгляд выхватил краснеющую землянику шагах в пяти, и я, тяжело поднявшись, сделала несколько шагов и упала на колени, радуясь хоть какой-то пище. В найденном манускрипте с описанием ритуала ничего не говорилось о том, что есть нельзя, только не иметь при себе ничего лишнего.
– Так мы и не имеем, – приговаривала я, срывая ягоды и отправляя их в рот. Вкусно-о-о! Никакие десерты, выдуманные поваром, не сравнятся с шедеврами, созданными самой природой.
Запрокинув голову, я ловила губами спелые ягоды и стонала от блаженства, наслаждаясь вкусом лесных даров. Их сок на языке для голодного желудка был божественным нектаром.
«Чужаки!»
Предупреждающий окрик в голове и рычание Верного слились с ударом. Что-то сбило меня с ног, и я упала. Во рту появился металлический вкус крови, и показалось, будто я себе или откусила, или прокусила язык.
– Ы-ы-ы-ы! – заорала я, приподнимаясь на четвереньки, чтобы увидеть, как незнакомец целится из арбалета в моего Верного.
– Ы-ы-ы-ы-ы!!! – еще один мой крик, и я прыгаю на руку мужчины, сбивая прицел, а заодно валя стрелка с ног.
«Беги!!!» – отдаю мысленный приказ Верному, мертвой хваткой вцепляясь в незнакомца.
