– Устранения? – удивленно переспросил Кэткарт.
Лорд Памфри провел пальцем поперек горла:
– Из послания явствует, что на нашего предателя возложена обязанность поджечь флот, но, вероятно, в его отсутствие это сделает кто-то другой.
Зловещие речи и устрашающие жесты тщедушного Памфри привлекли к нему взгляды присутствующих. Бэрд, одобрительно относившийся к идее убить изменника, улыбался, но большинство других офицеров были шокированы. Джексон печально покачал головой:
– Мы все хотели бы, чтобы у этой проблемы было простое решение, но, увы, у датчан найдется достаточно людей, готовых поджечь флот. – Он вздохнул и посмотрел на потолок. – Будет большим разочарованием, если мы, зайдя так далеко, упустим приз.
– Но ведь и лягушатники тоже не заполучат корабли, разве не так? – запротестовал Кэткарт. – А вопрос именно в этом!
– Огромное разочарование, – словно не слыша командующего, продолжал Джексон, – для всей королевской конницы и всей королевской рати – совершить долгий переход только для того, чтобы устроить фейерверк. Мы станем посмешищем для всей Европы.
Последние слова он произнес, глядя на лорда Кэткарта, с явным намеком на то, что именно его светлость будет главным объектом насмешек.
Генерал Бэрд сделал знак прислуге принести портвейн.
– Экипажи на борту?
За ответом все повернулись к Чейзу. Капитан пожал плечами, и Шарп, выждав паузу, ответил за него:
– Матросов перевели на берег, сэр. Для укрепления гарнизона.
– И сколько же осталось на кораблях?
– Думаю, по два-три человека, – предположил Чейз. – Сейчас флоту ничто не угрожает, так что держать на борту полную команду нет смысла. Уверен, они en flûte[5].
– Что? – не понял Бэрд.
– Еn flûte, сэр Дэвид. Орудия с них сняли для усиления гарнизонной артиллерии, так что орудийные порты пусты, как клапаны у флейты.
– Почему бы, черт возьми, так и не сказать?
– Когда корабли стоят в гавани, с них снято вооружение, – продолжал Чейз, – команда не нужна. Оставляют обычно пару матросов – присматривать за причальными концами, откачивать воду в трюме. Скорее всего, этим же людям поручено запалить фитили.
– Пара матросов? – уточнил Бэрд. – Тогда вопрос надо ставить так: как доставить в гавань с десяток наших парней?
Кэткарт уставился на него изумленными глазами. Джексон отпил портвейна.
– А что? – воинственно спросил шотландец.
– Я был там на прошлой неделе, – вставил Шарп. – Часовых нет.
– Посылать людей в город? – Кэткарт покачал головой. – Да они и часа не продержатся.
– Шарп же продержался, – напомнил лорд Памфри, с интересом рассматривая люстру, с которой свисала грозящая вот-вот сорваться сосулька воска. – Сколько вы там пробыли, лейтенант?
– Вы были в городе? – удивился Кэткарт.
– Я выдавал себя за американца, сэр.
– И что вы делали? – спросил командующий. – Сплевывали на каждом шагу табачную жвачку?
Генерал отличился во время американской Войны за независимость и считал себя знатоком колоний.
– Но как нам доставить их в город? – спросил капитан Чейз.
Фрэнсис Джексон, явившийся на обед в элегантном черном сюртуке и белой рубашке, обрезал кончик сигары.
– А как датские посыльные проникают в города со своими донесениями?
– На лодках. Идут ночью вдоль берега.
– Там есть небольшой причал, сэр, – застенчиво добавил Шарп. – Деревянный пирс возле цитадели. Горожане ловят с него рыбу. Это рядом с фортом. Может быть, даже слишком близко.
– И под самым носом у батареи Сикстуса, – вставил один из адъютантов Кэткарта.
– Темной ночью, – проникаясь вдруг энтузиазмом, заговорил Чейз. – Весла обмотать тряпками. Лодку вымазать углем. Почему бы и нет? Но зачем высаживаться на причале? Можно ведь пройти дальше!
– Бухта перегорожена боном, – пояснил Шарп, – а причал находится за ним.
– Бон… Что ж, высадимся на причале, – улыбнулся капитан и посмотрел через стол на Кэткарта. – Но нам потребуется разрешение адмирала, милорд, и, если мне будет позволено заметить, с такой работой лучше всего справятся моряки. Если только у вас нет солдат, которые могут провести лодку к нужному месту темной ночью.
– Найдите подходящую цитату из Библии для оправдания такого рода экспедиции, – спокойно заметил лорд Памфри, – и, я уверен, разрешение вам обеспечено.
Кое-кто улыбнулся, другие, знавшие раздражительного лорда Гамбира лучше, отнеслись к предложению с сомнением.
– Он даст разрешение, – проворчал Бэрд, – если узнает, что на кону призовые деньги.
За столом наступила неловкая тишина. Говорить открыто о призовых деньгах было не принято, хотя знали о них все. В случае отказа датчан капитулировать каждый офицер, как морской, так и сухопутный, мог претендовать на немалую сумму, потому что корабли становились бы в таком случае трофеями и оценивались в реальных деньгах.
– Полагаю, лейтенант Шарп согласится пойти с моряками, – сказал лорд Памфри. – Он единственный, кто знает город.
– Мы будем только рады его компании. – Капитан Чейз взглянул на друга. – Пойдете с нами?
Шарп подумал об Астрид:
– Так точно, сэр.
